Книга Конфидент, страница 90 – Юрий Уленгов, Алекс Хай

— Но недостатки у него тоже имеются, — добавил я, возвращая штуцер.

Молодой человек сразу подобрался.

— Какие же?

— Всего один выстрел. После него доставай мерку, отсыпай порох, забивай пыж и пулю, работай шомполом, ставь капсюль… Опытный стрелок управится секунд за двадцать. Вот только иногда этого времени банально нет.

— Штуцер не предназначен для беспорядочной пальбы, — произнёс кто-то за его плечом.

К нам подошёл старик. Невысокий, широкоплечий, с седыми волосами и тяжёлыми руками человека, который всю жизнь работал с металлом.

Он не спешил вмешиваться — сперва осмотрел меня, затем оружие в руках… сына? Ну да. Сейчас я уже практически не сомневался в их родстве — очень уж они были похожи. А, значит, что? Значит, я имею дело с самими Бурдыкиными, отцом и сыном. Именно это мне и было нужно!

— Этот штуцер сделан для человека, который стреляет один раз, — продолжил он. — Для того, кто умеет выбрать цель и добыть её первой пулей. Иначе дорогой штуцер ему вообще ни к чему.

Спорить с этим было трудно.

— Верно, — согласился я. — Из своего я взял вепря. Одним выстрелом.

Младший Бурдыкин слегка улыбнулся. Старший остался серьёзен.

— Тогда в чём ваша претензия?

Я провёл пальцем по краю стола, вспоминая поляну, мёртвого волка и двадцать секунд, которых у меня не было.

— Есть места, где от числа выстрелов за минуту зависит не удачная охота, а жизнь стрелка. Там одной пули мало, как бы хорошо вы ни стреляли.

— И где же находятся такие места? — спросил старик.

— В Псковской губернии.

Бергер до сих пор с удивительным терпением молчал. Теперь он решил, что настал его час.

— Господа, позвольте вас познакомить. Александр Алексеевич Дубравин, помещик из Малого Днища и мой добрый друг. Возможно, вы о нём слышали. Недавно он отразил нападение орды мертвецов на собственную деревню, а несколько дней назад спас прусского посла. Так что насчёт стрельбы по целям, которые пытаются тебя съесть, Александр знает несколько больше большинства присутствующих.

Бурдыкины внимательно посмотрели на меня. В их лицах появилось не уважение, а осторожное сомнение. Похоже, статью Лисовского они всё-таки читали.

— Допустим, вам требуется второй выстрел, — сказал младший. Он положил штуцер и снял с соседней подставки двустволку. — Вот решение. Два нарезных ствола, два замка. Надёжно и без лишних затей.

Он повернул оружие передо мной, показывая парные замки и два тяжёлых ствола.

Я усмехнулся.

— Такая у меня тоже имеется. Лежит в чехле, дома. Изрядная вещь, вопросов нет. Но нынешние времена требуют большей скорострельности.

— Можно сделать четыре ствола, — заметил старший Бурдыкин. — Только весить это сооружение будет столько, что носить его придётся слуге. А после четырёх выстрелов заряжать станете вчетверо дольше.

— Совершенно верно. Поэтому дополнительные стволы не нужны.

Младший вернул двустволку на место. Теперь оба смотрели на меня как на человека, который уверенно рассуждает о квадратном колесе.

— Что вы имеете в виду, молодой человек? — спросил Бурдыкин-старший, сделав акцент на слове «молодой».

— Я имею в виду, что из одного ствола можно выстрелить пять раз подряд, — проговорил я. — Не перезаряжая оружия.

Старший Бурдыкин не изменился в лице — его он держать умел, но взгляд его говорил о многом. Его же сын хмыкнул, особенно не сдерживаясь.