Онлайн книга «Все дороги ведут в Реймс»
|
В общем, где-то через час мы уже сидели в каюте, любезно предоставленной нам капитаном Мишелем, и задавали вопросы пленному, которому они (эти вопросы) очень не нравились. Но отвечать на них человеку, назвавшемуся Джоном Инглендом, все же пришлось. И тут выяснились удивительные вещи. Оказывается, корабль, захваченный нами, был отнюдь не пиратом, а британским капером, то есть имел выданный ему в Британии каперский патент. Корабль сей носил гордое имя «Король Джеймс». А сам мистер Ингленд был лейтенантом британского королевского флота. Он должен был захватывать в водах, прилегающих к Франции, французские торговые суда, хотя война между Англией и Франции еще не была объявлена. Только, как оказалось, добычей этого самого Ингленда становились не только французские корабли. Во время осмотра захваченного нами судна в его трюме мы обнаружили богатую добычу – индиго, табак и сахар, а также бочки с первоклассным португальским вином – мадерой. Ингленд пояснил, что они захватили все это на датском торговом корабле, следовавшем с Датских Виргинских островов, расположенных в Карибском море. Кроме того, в каюте Ингленда мы нашли сундучок, набитый драгоценностями и золотыми монетами. Судя по всему, это тоже был добыча пиратов – язык не поворачивался назвать их каперами, хотя я не видел большой разницы между теми и другими. Капитан Мишель заявил, что все захваченное у британцев по праву принадлежит нам и его экипажу. Но сейчас для нас было самым важным добраться до Гамбурга и оттуда по земле в Любек, где нас должен был дожидаться «Шлиссельбург». По нашим расчетам, ремонт на нем вот-вот должен был закончиться. А уже из Любека на борту этого русского военного корабля мы собирались проследовать в Штеттин, где нас ожидали кареты для поездки в близлежащий Берлин. Там нас ждала встреча с прусским королем Фридрихом II. Все так и произошло – вот только пруссаки прислали в Штеттин всего лишь две кареты для членов наших делегаций, присовокупив, что охрана у них своя, и в услугах наших калмыков, а также людей Аластера, нет необходимости. Так что поехали в Берлин лишь немногие, но в их число входили и мы с Аластером. 30 июля 1756 года. Королевство Пруссия. Штеттин. Кузьма Новиков, глава посольства Русской Америки После схватки с пиратами неподалеку от Дюнкерка нам понадобилось какое-то время для того, чтобы очухаться и решить, что делать дальше. Ясно было только одно – чем быстрее мы окажемся в России, тем в большей безопасности мы будем. Об этом же мне твердила и моя ненаглядная Кристина, которая была сильно напугана видом крови и убитых людей. Ну, с ней все ясно, женщина есть женщина, и подобные зрелища не для нее. Как бы то ни было, посещения прусской столицы нам было не избежать. Впрочем, этот визит я посчитал достаточно важным для моей родины. А для меня – и для Кристины тоже – это означало еще и возможность увидеть нечто новое. От многих я слышал, что прусская столица хоть и не зело украшена, но ее все равно стоит посмотреть. Но сначала нужно до нее добраться. На совещании, которое мы устроили совместно с графом Воронцовым, капитаном Жаном Франсуа Мишелем и прусским послом графом фон Герцбергом, было решено для начала пополнить команду «Крепости Эмден». В сражении с пиратами прусские моряки понесли немалые потери, и им было трудно управляться с парусами. К тому же капитан Мишель решил взять на буксир захваченный каперский корабль и привести его в прусский порт. Там «Короля Джеймса» и его имущество, в которое вполне справедливо было включить и то, что морские разбойники успели награбить, следовало продать с аукциона. А потом честно разделить полученную выручку. |