Книга Живые и мертвые, страница 65 – Ярослав Заболотников

Минутой позже, после стратегического совещания, три воина, заложив пальцы в рот, дружно засвистели. Со всей силы. Почти надрывно. Лошади вздрогнули. С ближайших деревьев вспорхнули птицы. А Лайла от вре́завшегося в сознание звука даже зажмурилась. Макак словно ветром сдуло: с тревожными воплями они стремительно ускакивали вдаль по ветвям.

Лайла с Эрминией терпеливо наблюдали за слаженной работой победителей. Джон держал под уздцы чалую кобылу. Шойсу, стоя на ней, срезал копьём увесистые грозди. А Рэксволд проворно ловил. Давно болтавшийся в сумке мешок воины заполнили почти до краёв. Забрали всё. Себе. Лошадям. Скарги. Матросам, в конце концов. Под пальмой остался лишь один сброшенный макакой банан, да и тот Рэксволд принципиально надкусил.

— Надгрыз-то зачем? — кивнул назад Джон, приторачивая к седлу мешок.

— А нечего было жадничать.

— Думаешь, макаки оценят?

— Главное, я оценил.

— Страшный ты человек, — усмехнулся следопыт.

— Для тех, кто переходит мне дорогу. Для остальных — сама доброта.

Рэксволд посмотрел на ждавших их всадниц, в чьих руках желтело по насильно впихнутому банану, а затем — на Шойсу, жевавшего свой, ещё у пальмы оторванный от грозди. Даже кожуру снял. Явно наблюдал за остальными.

— Фкус-сно, — поймал карий взгляд дроу.

— Ну так. Было б невкусно, я б не заморачивался.

— Хотелось бы возмутиться захватническим актом, но плод и правда великолепный, — Лайла поделилась половинкой банана с мефитом, и тот жадно вгрызся в неё. — Надеюсь, день и дальше будет нас только радовать.

Вампирша словно в воду глядела. Ещё одна радость оказалась всего в четверти часа неспешной езды. Заросли расступились, явив холмистые луга с пучками деревьев — пролетевшие над высокими травами взоры замерли на зеленевшем в полумиле сооружении: пирамиде, что была поднята над землёй восемью колоннами. Всё вместе напоминало каменную беседку для незримого великана. Сомнений ни у кого не осталось — это руины.

— Скарги. Невидимость. Разведка.

Мефит взмыл в небо, а всадники направились к очередному отголоску прошлого. Через море трав. Под лучами палящего солнца. Навстречу новой тайне.

При ближайшем рассмотрении, когда обвивавшие строение вьюнки перестали мешать обзору, колонны оказались статуями дев. Жутковато худых, со злобными лицами, широкими глазами и рыбьими хвостами вместо ног. Стоя на них, они держали тяжёлую каменную ношу: словно гроб несли. И их было не восемь. Семь. От одной остались лишь сталактиты рук да замшелый бугор, смутно напоминавший конец хвоста. Зато у соседней, в приоткрытом рту, ещё различались тонкие зубы: точно спицы.

— Это же русалки… — почесал бороду Джон.

— Сирены, — уверенно ответил Рэксволд.

— Те самые, что моряков на скалы заманивали?

— Ага. Видать, поклонялись им тут.

— Поклонялись? — смотрела вверх Эрминия. — Ты на их рожи посмотри.

— Ну или потрошили, как в рыбной лавке. В любом случае это какое-то святилище.

Мнение о святилище Лайла разделяла и, обходя колоннаду по кругу, искала любые надписи, способные пролить свет на её предназначение.

Шойсу тоже пристально изучал дев. Вглядывался в недобрые лица, осматривал статуи сбоку, трогал хвосты. По-видимому, нечто среднее между человеком и рыбой выходило за рамки его понимания.

Не найдя ничего снаружи, Лайла проследовала внутрь. В тени свода и статуй стелилась блеклая трава, тянулась к солнечным просветам, словно хотела выбраться из каменной темницы. Возможно, здесь когда-то стоял по центру жертвенный алтарь или грозный идол. Теперь не узнать. Даже свод над головой мог удивить разве что разнообразием лишайников. Однако не всё дано узреть глазами. Недра самой пирамиды и её фундамент дарили надежду на открытие: бреши в кладке способны выявить тайник или подземное помещение. Тем более иных достопримечательностей в округе не было — лишь протекавший между холмами ручей и ведущая к городу дорога на краю луга. Попутно Скарги заверил, что на зелёных просторах ни души.