Книга Герои чужой войны, страница 38 – Валерий Гуминский

— Я стою на страже княжества, и мне по статусу положено рассматривать даже интимные записки старших дочерей наших вельмож. Все проходит через нашу контору. Давайте пакет, молодой человек.

— Надо распороть подклад, иначе не достану.

Секретарь протянул мне небольшой острый ножичек, которым, по-видимому, вскрывал письма или мутные посылки. При этом он демонстративно положил рядом с собой двуствольный пистолет. Осторожничает, битый фраер! Ого! Другая модификация! Лихо тут оружейники размахнулись!

Я сел на лавку под свет фонаря и аккуратно провел лезвием по шву. Потом достал повлажневший от пота пакет и отдал его секретарю. Вместе с ножиком. Тот, в свою очередь, провел манипуляцию вскрытия пакета и начал читать письмо. Я внимательно смотрел на него. Довольно моложавый мужчина, но по физическому состоянию далеко не юноша. Лет сорок-сорок пять. Лицо холеное, движения скупые, отточенные. Привык к своей работе, действует на автомате. Закончив чтение письма, секретарь ничем не выдал своего состояния, отложил в сторону. Взялся за чертежи. Вот здесь-то глаза его вспыхнули. Он излишне быстро просмотрел рисунки, которые были скопированы с моих каракуль, и надо сказать, отлично скопированные, потом прихлопнул их ладонью.

— Вот значит, как, — задумчиво глядя на меня, произнес секретарь, — удивительное дело. Даже не знаю, верить или нет. Если историю с порталом можно было выдумать, то вот такие чертежи — навряд ли. Слишком это…правильно, что ли? Это ведь не детские выдумки, о бронированных самоходках уже давно идет речь, но никто не может подступиться к решению трудной задачи. Есть нюансы.

Таможенник поскреб подбородок, сложил все листы в пакет и подтолкнул к краю стола.

— Держи, Кос. Теперь слушай меня. Сейчас тебе нет смысла искать Онагоста. Не далее, как вчера, он покинул город. Нет его здесь. Переночуешь в дежурной комнате, а завтра с утра лови его прямо на въезде в город.

— И как я узнаю его?

— Подскажут, — успокоил меня секретарь, вставая.

Он споро убрал папки и документы в массивный сейф, притулившийся в дальнем углу, загремел замком, закрывая дверцу.

— Пошли, я отведу тебя. Ты есть хочешь?

— Не помешало бы, — я почувствовал, как устал. От тряски по дороге, от жары, от бесконечных разговоров. Хотелось спокойно спрятаться куда-нибудь подальше от суеты и обдумать свое поганое положение.

— Ну вот, заодно и наших харчей попробуешь, — усмехнулся секретарь.

Онагост соизволил появиться лишь к обеду, когда я уже изрядно осатанел от безделья. Одно утешало: меня никто не трогал, не доставал своими расспросами. Я спокойно сидел на высоком крыльце и поглядывал на суету возле городских ворот. Стояла нежаркая погода. Откуда-то с востока шли серые тучки, и гонимые ветром, быстро пролетали над головой. Солнце то и дело ныряло в них, и причудливая игра света и тени так увлекли меня, что я чуть не проворонил приближение небольшого конного отряда. Один из стражников свистнул мне, показывая на этот отряд. Когда всадники подъехали к блокпосту, я уже ждал их там.

Воевода оказался кряжистым и мрачным человеком с мощной короткой шеей. Казалось, что она полностью исчезает в плечах. Его загоревшее лицо выражало странную смесь удивления и досады. Онагост смотрел на меня с седла и не торопился говорить первым, словно уступал мне это право.