Книга Код 93. Районы, страница 209 – Оливье Норек

— Он с самого начала водил нас за нос. Жандармы ничего больше не сказали? – настаивал Кост.

— Сказали, но не для протокола. Говорят, Жак купил этот участок у застройщика. Земля считалась пригодной для застройки, и они с женой вложили все свои сбережения в эту хибару. Они не знали, что там почва перенасыщена грунтовыми водами; после первых же дождей фундамент просел на десять сантиметров. Работы были прерваны и больше не возобновлялись. Жак подал в суд, но не потянул. Мэрия приняла сторону застройщика, у которого, кстати, в этой коммуне имелось еще два проекта с недвижимостью. Его также поддержал и нотариус, заверивший качество земельного участка. Одним словом, денег не вернули, убытков не возместили. Из-за этого участка, купленного втрое дороже настоящей цены, Ландерны остались с пустыми карманами. И все их надежды сбежать из Мальсени рассыпались прахом.

Сэм в свою очередь вспомнил, о чем ему рассказывал старик:

— А мне казалось, что там умерла его жена, поэтому он и не хочет больше туда возвращаться.

— Это почти правда. Его жена впала в глубокую депрессию и ровно через полгода умерла в пригороде, в квартире, откуда они так и не смогли выехать. Плохая карма.

— Вот после такого и заявляются в мэрию с дробовиком, – возмутился Ронан. – Плюс наркодилеры, на которых ему пришлось работать, кончина Розы и попытка Джеврик использовать его как приманку, когда он пришел просить о помощи… многовато для одной жизни.

Кост теперь не знал, что и думать об их подопечном.

— Очевидно, он в кои-то веки решил постоять за себя. Сэм, устанавливаешь геолокацию его мобильника. Старика надо найти.

За их спинами открылась дверь, и Стевенен спросил, как идет расследование.

— Как у вас прошло с молодым Коленом Фэзоном?

Кост загородил собой Жоанну, чтобы она успела потихоньку спрятать фотографии развалины в Шанклере.

— Кстати, комиссар, мне как раз хотелось сказать вам об этом пару слов.

Положение обязывает, и кабинет начальника полиции был в четыре раза просторнее, чем у остальных. А также положение обязывает тащить на себе ответственности куда больше, чем его подчиненным. Иными словами, Стевенена довольно сильно беспокоили события в Мальсени и преступность, которую они могли породить. Его решимость и убежденность проистекали из давления, которому он подвергался.

— Нет, капитан, вы мне сварганите дело и передадите малыша Фэзона в прокуратуру сегодня же вечером. Приказы мне поступают с такого высокого уровня, что я, получая их, чудом не заработал себе кривошею.

— Комиссар, позвольте мне, по крайней мере, подать запрос на продление содержания под стражей. Всего двадцать четыре часа, прояснить подробности.

— Нет. У нас тут каждую ночь настоящая война – мало ли, вдруг у вас нет телевизора? Пока что, за исключением смерти Бибза, ущерб только материальный, но, если это продолжится, мы рискуем получить еще несколько трупов, а их, по-моему, и так предостаточно. Черт бы вас взял, Виктор, вам подают готовеньким парня, который доносит на юного Дукуре по двум из ваших дел. Вы хоть это понимаете? В разгар беспорядков подорвать их причину – мы о таком даже не мечтали. Помните Леонарду – девочку, задержанную на школьной экскурсии и отправленную обратно в Косово? Эта история вызвала политический кризис, но достаточно было сказать, что ее отец – жестокий зверь, который посылал дочерей попрошайничать и солгал о своем происхождении, и она исчезла меньше чем через неделю. Директор уголовной полиции меня распнет, если мы не ухватимся за такую возможность!