Книга Криминалист 14, страница 20 – Алим Тыналин

— Вы это делали?

Хорак положил рисунок на стол.

— Я делал такое как-то раз, — сказал он. — Помню это хорошо, потому что заказ был странный.

Он подвинул к себе книгу и стал листать назад, к более ранним страницам. Делал это не наугад, а шел по всем годам, помечая углы ногтем.

— Не в этом году, — бормотал он. — И не в позапрошлом. Летом. Жарко было, а печь я пускал ночью.

Он остановился.

— Вот.

Страница была написана его почерком, простым карандашом, разлинована по графам.

Дата стояла 11 августа 1970 года. Эскиз на правом поле тот самый четырехлистник, в двух проекциях, с разрезом по кромке и с проставленными размерами. Я сверил с блокнотом.

Пять с четвертью дюйма, четыре и три восьмых дюйма. Насечка, шаг три восьмых.

Совпало по всем трем параметрам.

— Читайте вслух, — сказал Локхарт.

Хорак повел пальцем по листу книги.

— Одиннадцатое августа семидесятого. Отливка по выплавляемой модели. Бронза, состав девяносто на десять. Вес шихты двадцать два фунта четыре унции, вес готового изделия семнадцать фунтов одиннадцать унций, угар и литники остальное.

— Количество?

Он посмотрел на Локхарта.

— Два экземпляра.

Я поднял голову.

— Их было два?

— Ну да, — повторил Хорак. — Заказ на две одинаковые чаши. Я так и отлил, из одной модели, двумя заливками в один день. И еще сделал запись, вот: «отделка вручную, шабрение, патинирование заказчиком».

— Что это значит?

— Что патину они делали сами. Я отдал в металле, они были чистые. — Он поднял глаза. — Меня это удивило. Обычно просят стилизовать под старину, я так и делаю. А тут они сказали, не надо, мы сами.

Локхарт достал блокнот.

— Какая была цена?

— Четыреста восемьдесят долларов за обе чаши. — Хорак повел пальцем ниже. — Аванс двести, остаток при получении.

— Как платили?

— Тут написано. — Он поднес книгу к лампе. — «Чек. Аванс оплачен чеком».

— Кто выписал чек?

Хорак долго смотрел на строку.

— Я записываю плательщика, — сказал он. — Всегда записываю, потому что чек надо нести в банк и там спрашивают кто плательщик.

Он прочел нам название.

— «Институт классических исследований Мэйфилд». Округ Колумбия.

Локхарт перестал писать.

— Повторите.

— «Мэйфилд Инститьют оф Классикал Стадиз». — Хорак произнес это по слогам, медленно, как и положено иностранцу, не до конца освоившему английский язык. — Так было написано на чеке, вот я и записал.

— Адрес указан?

— Адреса нет, но есть телефон. — Он повел ногтем в самый низ графы. — Тут, мелко написано. Я всегда указывал, чтобы позвонить когда будет готово.

Он назвал номер. Вашингтонский, с кодом округа Колумбия. Я записал его дважды в блокнот и на отдельный листок, который сложил и убрал в нагрудный карман, под пуговицу.

— Фамилия человека?

— А вот этого я не записал. — Хорак покачал головой. — Он приехал сам и забрал. Это было только один раз.

— Опишите его, если помните.

Старик помолчал.

— Я плохо помню лица, мистер, — сказал он. — Тем более уже прошло два года. Я помню его рост, потому что я видел, как он стоит и слышал его голос.

— Этого вполне хватит.

— Он был высокий. Выше вас на полголовы. — Он кивнул на Локхарта. — Стоял очень прямо. Не двигался, пока я говорил, совсем не двигался, руки по швам. Так стоят военные.

— А какой у него был голос?

— Тихий. Не говорил ничего лишнего. Спросил только три вещи, состав сплава, толщину стенки и вес. — Хорак поднял палец. — Вот это я хорошо запомнил, меня такое за сорок лет работы спрашивали только дважды в моей жизни.