Онлайн книга «Психотомия»
|
— Внизу, на первом этаже, есть бар, – прервал он внезапно Анну полушёпотом и заговорщицки подмигнул. Она на секунду запнулась, но не возразила, а просто кивнула и двинулась вместе с ним к лифту. Они спустились и сразу же заказали по бокалу белого вина. Никита выбрал столик недалеко от входа, чтобы не пропустить появление Олега Николаевича. Анна тем временем продолжала говорить сбивчиво, мечтательно возводя глаза к потолку, а он молча слушал, кивая с той самой, давно отрепетированной вдумчивостью. — О, я тебя везде ищу! – внезапно знакомый бас прорезал воздух, и массивная ладонь хлопнула Никиту по плечу. Тхоржевский испуганно дёрнулся. Ведь растворившись в её лице, он потерял на миг бдительность и пропустил появление мужа. — Что, небось про гинекологические игрушки на уши насела? – с ленивой снисходительностью спросил Олег Николаевич, кивнув супруге. — Да ну, что вы? – Тхоржевский со смешком отпил из бокала. – Напротив, очень интересно! — Нам ехать надо, – произнёс заведующий, по очереди глядя то на Анну, то на Никиту с лёгким, едва уловимым подозрением. — Надо рассчитаться, – лицо Анны сменилось с доброжелательности на какую-то строгую суетливость, и она потянулась за сумкой, но Никита жестом остановил её. В глазах Олега Николаевича застыла смятённая напряжённость. Никита поймал этот взгляд и, нарочно понизив голос до доверительного полушёпота, наклонился к заведующему, прекрасно понимая, что Анна точно слышит: — Я ещё здесь останусь. Приметил тут одну эндоскопистку. Только никому… Напряжение в глазах Олега мгновенно рассосалось, сменившись понимающим, почти братским оживлением. Он одобрительно хмыкнул и ткнул Никиту локтем в бок: — Ну наконец-то! Потом расскажешь, как всё прошло. – он прыснул смешком, покосившись на смутившуюся Анну. – Ну ладно, бывай. Нам пора. Анна лишь вежливо улыбнулась на прощание, безмолвно махнула рукой и ушла вслед за мужем, не оглядываясь. Тхоржевский ещё полчаса просидел в баре в одиночестве, пытаясь осознать, что именно с ним произошло. Пить он больше не стал – утром предстояла сложная операция: двадцатипятилетний пациент с фармакорезистентной эпилепсией. Нужно было удалять очаг в теменной доле. Требовался ясный ум и твёрдая рука. Но, придя домой, Никита до трёх часов ночи ворочался в постели, растворяясь в мыслях о новой знакомой. * * * — Олег Николаевич уже «гримируется». Присоединится к нам – Это, оказывается, его пациент, – на бегу бросил в коридоре зевающему Тхоржевскому анестезиолог. Под руками Никиты, как обычно, пульсировал живой, обнажённый мозг. А по правое плечо, на котором всё ещё горело вчерашнее «рукоположение» Олега Николаевича, стоял сам заведующий, поглядывая на мониторы. У самого Тхоржевского мир сошёлся к другому «экрану»: перед глазами по кругу прокручивались кадры вчерашнего вечера. Её лицо в полумраке бара, тёплый янтарный свет на скулах, то, как она смеялась. Негромко, почти про себя. Как промокала губы салфеткой после первого глотка вина. Как попрощалась лёгким, почти рассеянным движением руки. Однако руки нейрохирурга работали твёрдо и уверенно, подчиняясь отработанному, отточенному до тончайшего автоматизма навыку. — Стабильный, – в очередной раз оповестил всех в операционной анестезиолог Сергей, мельком глянув на показатели. |