Книга Маяк на улице Рамбла, страница 140 – Льюк Оливерас

— Если мне не изменяет память, мы уже обсуждали этот вопрос. Свадьба должна состояться. Поэтому я настоятельно тебя прошу не видеться с Льюисом, пока ты не выйдешь замуж. Ради блага нашей семьи.

Лаура скривилась, всем своим видом выказывая свое несогласие. Она не могла выполнить просьбу отца, но ее грела надежда на исполнение плана, который она собиралась предложить своему возлюбленному. Поэтому девушка решила выслушать отца и сказать то, что он хотел услышать, а потом поступить как вздумается. Как и родители, когда одобрили помолвку без ее согласия.

— Хорошо. Я не буду с ним встречаться. Но мои чувства не изменятся. Я люблю его с детства, а вы просите меня влачить несчастное существование только потому, что это выгодно вам.

— Дочка, все совсем не так…

— Папа, все именно так, как я говорю, и пусть груз вашего давления останется на твоей совести, – произнесла Лаура с каменным лицом и направилась к двери библиотеки, оставив отца наедине с его собственными демонами. Тяжесть осознания того, что он толкает Лауру к несчастной жизни, тяготила его до глубины души. Столько лет он пытался воспитать ее достойно, а потом ради собственной выгоды принял решение, которое отдалило его от единственной дочери. Последний глоток коньяка, который он сделал, был полон лжи и жажды искупления.

* * *

Лаура ждала Льюиса, спрятавшись у прачечных. Она боялась, что он не сможет прийти на встречу, и думала лишь о том, как выбраться из этой передряги. Она знала наверняка, что не выйдет замуж за наследника семьи Мас в том числе потому, что испытывала к нему глубочайшее отвращение. Лаура любила лишь Льюиса, и никто не мог отнять у нее этих чувств. Любовь нельзя выбрать, как деловую сделку или изысканное блюдо; она подчиняет себе, когда ты меньше всего этого ждешь, и становится вечным обетом.

Юный Рос осторожно приоткрыл дверь, ведущую на крышу, и убедился, что за ним никто не следит. Здесь, наверху, он вспоминал о своих многочисленных приключениях, пережитых на городских высотах. Его семья приняла сотни судьбоносных решений там, где каждый был свободен следовать своей воле и избрать верный путь.

Он заметил силуэт Лауры в тени помещения с общим умывальником. Увидев ее лицо, окутанное полумраком, художник вздохнул от переполнявшей его любви. Где бы они ни находились, едва он видел Лауру, у него перехватывало дыхание, и он лишался способности мыслить здраво. Ради нее он пересек бы пустыню без воды и еды, просто потому что верил.

— Я уже начала бояться, что ты не придешь, – прошептала Лаура, подходя к своему возлюбленному и страстно его целуя. Она слишком долго ждала возможности вновь прикоснуться к его губам, и одна лишь мысль об этом сводила ее с ума.

Спустя пару минут они с трудом разомкнули объятья.

— Скажи, что происходит. Что ты задумала?

Лаура, готовая обратиться к нему с пламенной речью о любви, не стала себя сдерживать. Она просто хотела быть рядом с ним, все остальное не имело значения.

— Мои родители не расторгнут помолвку добровольно, поэтому у нас остается лишь один выход… – начала объяснять девушка, но взволнованный Льюис перебил ее.

— У нас ничего не выйдет.

— Почему же? Мы сбежим. Хотя бы для того, чтобы образумить их. Если они действительно меня любят, они все поймут и примут мое решение.