Книга Маяк на улице Рамбла, страница 141 – Льюк Оливерас

Льюис на мгновение задумался о побеге. Идея была неплоха, однако ее осуществление перевернуло бы жизнь двух семей с ног на голову. Он любил Лауру больше всего на свете, но не хотел ставить родителей в столь неловкое положение. Особенно после того, как боль от потери Агнес понемногу притупилась. Но, с другой стороны, попытка поставить Понсов перед жестоким выбором могла помочь им разорвать помолвку. Исааку Понсу и Хулии Масриере предстояло столкнуться с выбором: сохранить любовь дочери или потерять ее навсегда.

— Ты ведь понимаешь, что, если мы сбежим, есть риск того, что нас разлучат навеки?

— Знаю, но, любимый, мы обязаны рискнуть. Если мы хотим быть вместе, другого выбора у нас не остается.

После недолгих раздумий юный Рос решительно кивнул. Шанс был призрачный, но им стоило попытаться, поэтому он согласился осуществить план Лауры, отогнав мысли о боли, которую причинит родителям. В конечном счете любовь все расставляет по своим местам.

— Я поговорю сегодня с Атилио и попрошу его подыскать нам временное жилье. У него много знакомых в округе, и он, как никто другой, поймет важность нашей ситуации. Ты же знаешь, он мне как отец.

Лаура поддержала идею, чувствуя, что вместе они смогут решить эту непростую задачу. Великие перемены требуют радикальных мер, и они были к ним готовы.

— Поговори с ним, чтобы мы сбежали как можно скорее. Каждый прошедший день лишь усложняет задачу.

— Сегодня же этим и займусь, – подтвердил Льюис и снова поцеловал ее. Их губы говорили сами за себя, и принятое решение стало нерушимой клятвой.

Последствия не имели значения, если они смогли бы быть вместе. Социальные условности прошлых времен больше не могли управлять жизнью барселонцев, поверивших в новые идеалы. То столетие должно было принять перемены, чтобы построить более свободное и равноправное общество, где люди смогли бы сами решать свою судьбу.

Октябрьское солнце не хотело уступать вечерним сумеркам и срывать свое светящееся покрывало с необъятной Барселоны; в городе заметно похолодало. Но погода мало заботила Льюиса. В попытке опередить время и не потерять Лауру он размышлял о побеге с единственной девушкой, которую когда-либо любил. Он был полон решимости сделать этот последний шаг, перед тем как окончательно опустить руки и потерять ее навсегда. Но он боялся причинить боль своим родителям и разозлить семью Понс, которая всегда прекрасно к ним относилась. По крайней мере, такое воспоминание о них осталось у него с детства.

Промерзнув до костей, он набросил пиджак поверх рабочего фартука и решил приготовить что-нибудь горячее, чтобы скоротать оставшиеся часы в киоске. Официант, привыкший работать на открытом воздухе, как никто другой, знал способы совладать с погодой.

Во время приготовления кофе, он услышал голос Алеша Мунтанера. Его внезапные визиты обычно приносили хорошие новости и помогали официанту отвлечься от привычного распорядка дня.

— Рос, раз уж ты начал варить кофе, налей-ка и мне чашечку, – сказал торговец, пока Льюис стоял к нему спиной.

Не поворачиваясь, официант поднял руку, давая понять, что услышал посетителя.

— И поторопись, у меня для тебя есть хорошие вести.

Юный Рос, охваченный любопытством, мигом приготовил две порции кофе.

— К чему такая спешка? В чем дело? – спросил официант с нотками иронии в голосе.