Книга Маяк на улице Рамбла, страница 236 – Льюк Оливерас

— Мне бы хотелось, чтобы вы взяли этот рисунок. На нем мы с Атилио изображены в наши лучшие годы.

Дрожащими от волнений руками, женщина осторожно взяла листок.

— Ты уверен? Он, должно быть, очень ценен для тебя.

— Я настаиваю. Я буду очень рад, если вы его возьмете.

Расчувствовавшись, Флоренсия подошла к мужчине и обняла его. Они на мгновение застыли, словно их прикосновение могло воскресить Атилио.

— Не скажешь мне, где он похоронен? Мне бы хотелось навестить его в последний раз перед возвращением домой. По крайней мере, так поездка не будет совсем уж напрасной… – спросила Флоренсия, прерывая их теплые объятия.

Льюис на секунду задумался над вопросом этой красивой женщины и решил задать ответный вопрос:

— Вы не против, если я пойду с вами? Мы можем сходить к нему завтра утром, до вашего отъезда. Я уже давно собирался его навестить, и для меня будет честью вас сопроводить.

Флоренсия, обрадованная предложением, не раздумывая, согласилась. Навещать Атилио одной было бы слишком тяжело, и, зная себя, в порыве нерешительности она могла бы сесть в поезд, не попрощавшись в последний раз.

— Если тебя это не затруднит, я буду очень рада.

— Тогда договорились. Быть может, я провожу вас до пансиона и расскажу все, что вы хотите знать об Атилио? Ваш визит – настоящее волшебство, донья Флоренсия. Вы пробудили во мне те эмоции, которые, как я думал, со временем потерялись.

Женщина взволнованно кивнула и встала со стула. Она была готова услышать подробности о любимом мужчине, о котором могла мечтать лишь издалека.

Льюис снял фартук, вышел из киоска и взял очаровательную женщину под руку.

— Антони, присматривай за киоском. Я провожу донью Флоренсию до пансиона. Задерживаться не буду. Если что, скажи Пабло, он скоро придет.

— Без проблем. Я обо всем позабочусь, – любезно ответил его сын, ставший свидетелем сцены и понимавший, какую доброту отец проявил к этой женщине.

Неспешно, шаг за шагом, Льюис и Флоренсия вели друг друга тропой воспоминаний. Это полная ностальгии прогулка стала лучшим даром, который они могли преподнести Атилио. Только так он мог продолжать жить в их сердцах.

Пока о нем помнили, мастер с маяка на Рамбле оставался бессмертным.

Арталь Гарсия, чья одежда пропиталась резким запахом рыбы, подошел к киоску. Помимо работы грузчиком в порту Барселоны, ему приходилось проводить несколько ночей в неделю на небольшой семейной лодке, бросая вызов коварству водных просторов. Средиземное море не прощало глупостей и не всегда кормило досыта.

Хотя, по правде говоря, вся эта история с лодкой была не более чем умелым прикрытием для добычи запрещенных товаров, которые в Сьюдад-Кондаль, все еще скованном ограничениями послевоенного периода, было трудно приобрести.

Этот морской волк добывал табак, кофе и спиртное, которые поставлял своим клиентам по заоблачным ценам. Да, речь шла о двойных стандартах, но не стоит забывать, что он давал людям шанс заполучить то, что было под запретом.

Арталь действовал с умом: он получал товары с судов, что стояли в нейтральных водах, где цены варьировались в зависимости от продавца. И, как известно: «Закон – что дышло: куда повернул, туда и вышло». Поэтому все сводилось к одному: проявить смекалку и зарабатывать на жизнь как можешь, будь то на поле боя, в морских водах или на улицах Барселоны.