Книга Маяк на улице Рамбла, страница 53 – Льюк Оливерас

— Нет.

— И видишь, как я воссоздаю его движение, используя силу воображения?

— Да, теперь я понял…

— Что ж, малыш… Мало-помалу…

Муша еще долгое время продолжал делать наброски и прорабатывать портрет. Агнес, также заинтересовавшаяся талантом этого мужчины, решила подойти и присесть рядом с ним. Присутствие детей Рос нисколько не смущало художника.

— Льюисет, когда пишешь портрет, нужно брать элементы реальной жизни и с помощью своего личного стиля создавать нечто, выходящее за рамки увиденного. Рисунок – это не просто линии на бумаге, это бесконечный поединок с самим собой, и этот поединок поможет тебе понять окружающий мир и то, что скрыто в тебе самом.

Льюисет предельно внимательно слушал своего наставника, впитывая каждое его слово, а Агнес, воспринимавшая все происходящее несколько иначе, обратила внимание на несколько альбомов, лежащих в сумке, с которой портретист никогда не расставался. Снедаемая любопытством, она попыталась привлечь внимание художника.

— Сеньор Муша, могу я взглянуть на эти рисунки?

— Конечно, сеньорита.

Довольная Агнес принялась просматривать многочисленные наброски, которые уроженец Праги создавал на протяжении многих лет. Бесчисленные лица, здания, толпы и пейзажи мелькали перед ней до тех пор, пока ее внимание не привлек портрет юноши, на лице которого отражалась глубокая печаль.

Потрясенная эмоциями, скрытыми в этих линиях, Агнес не смогла сдержать любопытства и спросила художника о личности этого юноши.

— Сеньор Муша, кто этот человек?

Портретист на секунду остановился и взглянул на свою работу.

— Вижу, Франц привлек твое внимание…

— Отчего он так печален?

— Франц – непонятый гений, Агнес… Писатель, которого однажды оценят по достоинству. Запомни его имя, ибо я уверен: когда-нибудь, подобно тому, как ты уловила его суть, читатели будут очарованы загадкой, которая царит в его рассказах.

— Он ваш друг?

— Да, сеньорита. Франц Кафка – человек, блуждающий меж двух миров, добрый друг, которого мне так не хватает.

— И где он живет? В Праге?

— Все верно.

Агнес в ответ лишь молча кивнула и продолжила разглядывать портреты Муши, а ее брат и художник возобновили урок.

— Учитель, с чего же мне следует начать рисовать портрет?

— Существуют два основополагающих элемента портрета. Первый – это структура. Для написания лица важны симметрия, построение и перспектива. Видишь, как сбалансированы черты лица нашей модели?

— Да, сеньор.

— Хорошо. Второй элемент – это освещение. От положения модели и ее фона зависят свет и тени. Со временем ты поймешь, что именно свет – основа всего…

— И как его передать?

— Тебе потребуются практика, хороший уголь и бумага. В искусстве рисования нет ничего сложного: нужно лишь твое видение, способность отсечь лишнее и найти саму суть. Когда ты научишься видеть, все остальное придет само. Это лишь вопрос терпения, малыш.

Льюисет кивнул и вновь замолчал, наблюдая за тем, как Муша завершает построение абстрактной структуры персонажа, которую разрабатывал все занятие. Процесс, включавший в себя игру светотени, сглаживание текстур и тщательную проработку последних деталей.

Прежде чем набросок был завершен, к ним подошла элегантно одетая пара среднего возраста. Судя по всему, они были знакомы с художником.

— Доброго вечера, сеньор Муша. Рад вас здесь видеть. На самом деле, я вас искал, – произнес мужчина, слегка приподняв котелок в знак приветствия. Его супруга, державшая его под руку, радостно улыбалась.