Онлайн книга «Свято место»
|
Финансы Густава сильно облегчили задачу. Это была практичная и выгодная сделка, если закрыть глаза на то, что источником денег был сомнительный человек. Но Теневой сыск не брезглив. Проблема в том, что люди склонны менять свои желания, и однажды Густав проснется и капризно решит, что деньги нужны ему самому. Юстин, готовый к такому, стелил им перину и искал новые пути финансирования, одновременно прощупывая дыры в окружении княгини. Коридор был устелен бордовым ковром, что заглушал шаги. Флориан молчал, позволяя Гретхен прийти в себя, но, когда из зала донеслись голоса и пиликанье скрипки, обернулся, чтобы поторопить ее. Он сразу осознал всю бессмысленность всех планов и размышлений. Гретхен сидела посреди коридора на корточках. По тому, как дергались ее плечи, было ясно, что она рыдает. * * * Она. Это была она. Испуганная, слабая девочка из таверны превратилась в испуганную слабую девушку. Жизнь неизменна. Густав свернул к кремово-белой лестнице и, уперевшись в перила локтем, засунул в рот сигарету, тут же ругнулся, вытащил. Она. Лицо, конечно, совершенно идиотское, такое же слезливое, как и в детстве. Ни капли на Кристину не похожа. И ростом явно не вышла – когда сидела на ступеньках, сгорбленная и скрюченная, казалась совсем девчонкой. Сколько ей, кстати? Густав задумчиво потер пальцами шершавую поверхность перил. Курить больше не хотелось, а чего хотелось, он сам понять не мог. Это была их третья встреча, и он оставался жив. Это уже настораживало. Всегда можно поиграть с воображением и представить, что случилось бы, если бы не пришел комиссар с его недовольным лицом и не вмешался в семейную идиллию. Но это такой фарс. Густав умел легко просчитывать варианты и знал, что через пять минут даже ему все это наскучило бы – а он известный мастер создавать монологи на пустом месте. Покошмарить глупую девочку, ядовито засмеяться и уйти, позволив ей хорошенько понежиться в коконе угроз. Здорово. Интересно. Но зачем? Нет, это правда она? Сказали бы – не поверил. Вырядилась в мужской костюм. Нахмурила грозно брови, сцепила зубы, а глаза снова в слезах. Разве она должна быть такой? Где прелесть Кристины, шарм ее расправленных плеч, очарование легкости? Почему существо, за которое так отчаянно билась Кристина, оказалось в итоге самым заурядным и слабым? Густав вздохнул и двумя пальцами потер лоб. Ему даже пить не хотелось, хотя алкоголя на приемах всегда полно. Но он точно знал, что ни крепость сладкого вина, ни терпкость коньяка, ни головокружительность шампанского не смогут ему помочь. А волосы, господи, волосы! Эти кошмарные рыжие волосы, будто тыквенные. Лицо хоть не конопатое. Оно вообще какое-то неприятное, да, совершенно серое от страха. Густав на секунду закрыл глаза и тут же в темноте увидел ее – светло-светло-голубые, будто цвета совсем мало досталось. Коротко усмехнулся – да нет, не ее это глаза, а его. Нежный голубой цвет, точно грань стекла, – Густав видел когда-то такой в зеркале, но уже и забыл, слишком сильно черный перекрыл родной оттенок. Не было в ней ни восхитительной красоты Кристины, ни грации каждого ее жеста, ни горделивой осанки той, что привыкла спать только на шелковой перине. В этих голубых глазах, в дерганом взгляде, в трагическом выражении лица, в рыжих волосах был весь он сам. |