Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 43 – Лоис МакМастер Буджолд

— Ха.

Пен произнес, обращаясь к своей тарелке:

— Старший возчик из Тино умер этим утром. Добавь его в свой список. – Его жена – теперь вдова – была особенно несчастна, потому что ее надежды не оправдались. Как бы мало Пен ни обещал, как бы краток ни был, люди возлагали надежды на его магию, которые рушились вместе с его неудачами. Иногда ему казалось, что лучше бы он даже не пытался. – Но его брату стало лучше.

Реде кивнул. Этих пациентов он не видел, не касался, не расспрашивал; он мог сохранять спокойствие.

— Я не… Я начинаю гадать, действительно ли делаю что-то – или просто обманываю себя. – И всех остальных.

Реде постучал по своим записям.

— О. Это тоже очень интересно. В первую волну больных синюшной лихорадкой – с тех пор прошло уже три недели – умер каждый второй. Через несколько дней после того, как Аделис привел тебя, это соотношение снизилось до каждого пятого. Сейчас – каждый десятый. Со случайными выбросами. Уверен, что это твоих рук дело.

— Этого… недостаточно. Моя восходящая магия становится слишком разреженной. Даже ты сможешь заметить это через пару дней, когда смертность снова начнет расти. Я не могу работать быстрее. – Он посмотрел на Реде. – И когда это произойдет, тебе придется выбирать, кого продолжать лечить, а кого бросить. Я не смогу.

Выберет ли Реде своих солдат, как хотел Аделис? В конце концов, он принес присягу.

— Я… – Реде провел рукой по голове, кивнул, поморщился. – Хорошо.

Военные люди. Пен не знал, благодарить или ужасаться.

Неважно. Он запил свой хэш не особо разбавленным армейским вином, встал и направился к палатам.

* * *

На следующий день после полудня Пен возвращался с кухни – поздно, теперь он вечно опаздывал, – гадая, что будет более эффективным – совершить обходы в Тино до того, как вымыться и поехать в Вилнок, или после. Пересекая двор перед главными воротами форта, он остановился, увидев незнакомую и неожиданную фигуру.

Старик, намотавший на руку поводья своей старой лошади и беседовавший со стражником, был одет в покрытое дорожной пылью и явно домотканое летнее белое облачение Бастарда, только без декоративной вышивки. Потускневшая металлическая коса, охватывавшая стоячий ворот туники, заменяла формальное ожерелье. Серебряной нитью в поясе служила дешевая серая ткань, но демон внутри старика, куда более молодой, чем его хозяин, был настоящим.

— Благослови нас Бастард, – выдохнул Пен и зашагал к ним, охваченный хрупкой надеждой.

На вид старику было за шестьдесят. Наверное, в молодости он был крепче, как и его костлявая фермерская лошадь, но теперь его кожа сморщилась и обвисла. Ее цвет был седонийским, однако светлее обычного и скорее напоминал свежую древесину дуба. По-армейски короткие волосы старика явно нуждались в стрижке. Когда-то черные, они были седыми с белыми прядями, что напомнило Пену туман над талым снегом.

Стражник поднял глаза и сказал:

— А вот и он.

Посетитель проследил за его взглядом, и седые брови поползли вверх. Он порывисто шагнул вперед; юный демон внутри него в ужасе отпрянул, почувствовав плотное присутствие Дез, и старика дернуло вбок, но он строго нахмурился и выпрямился.

— Не сейчас, – пробормотал он. – Веди себя прилично.

Демон съежился, как пес перед суровым хозяином, и неудивительно; Пен был уверен, что прежде он был собакой – точнее, жил в собаке. Возможно, до этого новорожденный элементаль успел побывать в менее крупных животных, но в основном он напоминал собаку. Этот человек явно был его первым человеческим седоком, одобренным Храмом и, при удаче, прошедшим обучение в Ордене белого бога. А если нет, ему это предстояло…