Онлайн книга «Маг, разрывающий на куски»
|
Слабая. Смертная. — Ты пойдешь к Артёму, — говорю я. — Ты не покажешься ему. Ты будешь его тенью. Ты будешь слушать. Ты будешь наблюдать. И когда он пойдет в логово врага, ты пойдёшь с ним. Существо склоняет голову. Его шея — тонкая, как стебель растения — изгибается под неестественным углом, позволяя огромным глазам смотреть на меня снизу вверх. — Зачем? — спрашивает оно. Один вопрос… Первый и, возможно, последний в его короткой жизни. Я смотрю на него. На эту жалкую, уродливую копию себя. На плоть от плоти моей, на боль от боли моей, на ошибку от ошибки моей. На существо, которое даже не понимает, зачем оно нужно. — Затем, — говорю я медленно, чеканя каждое слово, вбивая его в сознание уродца, как гвоздь в крышку гроба, — что он идёт умирать. А я не могу этого допустить. Пауза. — Ты станешь его щитом. Ты впитаешь ту магию, что предназначена ему. Ты примешь на себя удары, которые должны были убить его. И если понадобится — ты сдохнешь прямо у его ног. Тишина. Существо смотрит на меня своими огромными, нечеловеческими глазами. В них по-прежнему нет понимания. Нет страха. Нет сожаления. Нет вопроса: «а почему я?». Только пустота. Только ожидание. Только принятие своей судьбы. — Да, — шелестит оно. Я киваю. Чего ещё я ждал? Сожалений? Благодарности? Протеста? Это не ребёнок. Это даже не личность. Это инструмент — точный, послушный, одноразовый. Я сам сделал его таким. Я сам лишил его права на выбор, на сомнение, на жизнь. — Иди. Существо сползает с моей ладони на пол. Его культи-ноги не приспособлены для ходьбы — они слишком короткие, слишком слабые, слишком бесполезные. А поэтому оно быстро ползёт вперёд, цепляясь длинными, гибкими пальцами за неровности оплавившегося бетона, за трещины в полу… К двери. К выходу. К миру, который оно никогда не увидит по-настоящему, который останется для него лишь набором вибраций, запахов, магических сигнатур. Я смотрю ему вслед. Пальцы его рук цепляются за дверной косяк. Огромные глаза на мгновение оборачиваются, встречаются с моими. В них всё ещё лишь пустота. Но мне кажется — или это игра воображения, усталость, годы одиночества? — мне кажется, что в этой пустоте есть вопрос: — Почему? Но я не отвечаю на него. И оно исчезает в темноте коридора. Я же опускаю голову и смотрю на свои руки. Две. Целые. Идеальные. Никто никогда не узнает, что одной из них несколько минут назад не существовало. Никто никогда не увидит шрамов на моей душе. Никто никогда не поймет, чего мне стоило оторвать от себя кусок и отправить его на смерть. — Ну вот, — шепчу я в пустоту. — Немного помог. Пора дальше. Пауза. — А что дальше? Тишина. Только гул магии — ровный, монотонный, убаюкивающий. Только тихий, навязчивый голос в голове, который шепчет: — Этого мало… — Этого недостаточно… — Он умрёт… — Ты не сможешь защитить его… Ты никогда никого не мог защитить… Не смог спасти их тогда… Не спасёшь и сейчас… Бесполезный… Слабый… Жалкий… Я сжимаю кулаки. Золотой свет вокруг меня пульсирует в такт бешено стучащему сердцу. Стены вокруг плавятся. Пол трескается. Воздух становится плотным, тяжёлым, почти осязаемым. — Заткнись, — шиплю я. — Просто заткнись. Голос замолкает. Но мысль остаётся… Этого мало. Я сижу в тишине и смотрю на дверь, за которой скрылось моё творение. |