Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 114 – Лин Няннян

Го Бохай внутренне напрягся, словно бы ему под одежду пробралось мерзкое насекомое.

— Что-то я вас совсем не понимаю, – сухо ответил он.

— О, не скромничайте! Я внимателен к деталям и умею замечать то, что хотят оставить незаметным. Не знаю уж, какие золотые горы посулил вам глава клана У, чтобы вы стали нянькой его наследника. Но с вашей-то знатной кровью я бы точно не опускался до подобного. – Дяо Ши вальяжно облокотился на стол и расплылся в уверенной ухмылке, от которой к горлу подступала тошнота. – Этот редкий оттенок раскосых глаз феникса или цвет волос, даже утонченные черты лица – все это не встретишь ни на Юге, ни на Севере. Ручаюсь: только древние обладали похожей внешностью. Потомок таких людей заслуживает признания и любви, но никак не служения.

Дяо Ши грузно поднялся на ноги и принялся расхаживать по залу, словно демонстрируя свои владения:

— Видите эти свитки? Подлинники эпохи Агатового императора. А эта ваза? Ей более пятисот лет. Я питаю слабость к редкому и прекрасному. И всегда рад принять под своей крышей особенных людей. Например, как вы, наставник.

Дяо Ши обернулся, ожидая увидеть восхищение или хотя бы смятение, но Го Бохай лишь отставил пиалу подальше.

— Я явился, чтобы принести извинения за несдержанность моего ученика и, по возможности, прояснить детали инцидента, – постарался он вернуть разговор в прежнее русло. – Если бы вы соизволили посвятить меня в подробности, это сильно помогло бы нам…

— Помогло? – Дяо Ши плюхнулся рядом, разрушая выстроенную наставником дистанцию. – Мне доложили, что вчера вы обошли всех пострадавших в городе. Скажите, это вам чем-то помогло? Бьюсь об заклад: каждый из них твердил, что виноват ваш ученик.

В какой-то степени он был прав. Даже те, кто лишь мельком видел, заверяли, что преступник как две капли воды походил на наследника. Правда, несколько примечательных «но» Го Бохай все же нашел. Выдававший себя за У Чана мало говорил и пропадал почти сразу, стоило только недовольной толпе собраться вокруг. Но почему? Боялся, вдруг чары спадут из-за многочисленных глаз? Эту догадку следовало проверить.

Дяо Ши заметил, как его гость задумался о своем.

— Найти доказательства невиновности ученика вы так и не смогли, как я полагаю. Боюсь, что и я буду бесполезен. Все мы, кто пострадал, честны перед тем, что видели. Но ни начальник городской стражи, ни начальник местного цензора не желают верить нашим словам. Ведь речь идет о сыне главы Севера. Сын главы же не способен на низкие поступки.

Он тяжело вздохнул, перед тем как продолжить:

— Как водится, простому народу приходится брать все в свои руки и искать виновника, покуда справедливость не восторжествует. Но у меня есть мысли, как облегчить вам задачу. Тогда, у постоялого двора, я ошибался на ваш счет. Оказывается, наставник – человек благородный, ведающий, что такое чувство долга. Поэтому…

Дяо Ши придвинулся ближе, и его голос сменился на щекочущий, заговорщический шепот:

— Оставайтесь на ужин. Я прикажу подать лучшие блюда и редкое вино. За трапезой мы все уладим.

Го Бохай смотрел на человека перед собой и ощущал лишь неодолимую усталость. Время утекало сквозь пальцы, требовалось как можно скорее разобраться со всем, а люди вокруг словно сговорились вязнуть в пустых интригах. Он пришел сюда за правдой, а вместо этого оказался в ловушке чужого тщеславия и непонятных намерений. О последнем совсем не хотелось размышлять, но дело стоило довести до конца.