Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 176 – Лин Няннян

— Ну и? Где будем искать того, чье имя не знаем?

У Чан едва удержал на лице бесстрастное выражение, а после окинул взглядом вечерний город, быстро заметив постоялый двор. В тот же момент тело издало жалобный стон. Они, конечно, не голодали все эти дни, но и сытной их еду сложно было назвать. Неудивительно, что их животы предательски урчали.

Побродив по улицам города еще несколько часов и столкнувшись с недоверчивыми, цепкими взорами местной стражи, У Чан и Мэн Чао так и не повстречали таинственную персону. Им даже не сказали, мужчина ли это или юная дама. Зато, описав круг, они снова увидели на пути тот самый постоялый двор. Из приоткрытых дверей доносился дурманящий аромат жареного мяса в терпких специях.

Мэн Чао искоса посмотрел на наследника, явно надеясь уловить на его лице хотя бы намек на слабость. Однако сам от усталости запамятовал, что перед ним северянин: будь у такого меч в спине – бровью не повел бы, шаг не замедлил.

— А, черт с тобой! – Мэн Чао махнул рукой и первым вошел внутрь.

За ним с победоносным выражением проследовал У Чан.

Хозяин заведения округлил глаза, приметив нездешнюю стать гостей.

— Надолго ли в наши края приехали, молодые люди? – заискивающе поинтересовался он.

Но Мэн Чао сразу перешел к делу:

— Уважаемый, дайте, пожалуйста, отдельную комнату, табличку от купальни и любое блюдо, что у вас есть на сегодня. Желательно побыстрее.

Мужчина рассмеялся над прямолинейностью гостя, почтительно кивнул и повернулся к наследнику:

— А вам, молчаливый путник?

У Чан невозмутимо указал на ключи, следом на товарища:

— Беру любую комнату – и подальше от него.

Хозяин заведения, похоже, решил, что этот молодой человек окажется таким же забавным. Он опешил, заслышав серьезный тон, и в спешке обслужил его первым.

Слуги с кухни за считаные секунды принесли ужин. У Чан скинул верхнее одеяние, уселся за стол и с удивлением заметил, что впервые за долгое время из тарелки не пытаются нагло выхватить еду. Он медленно повернул голову, бросив взгляд на угол кровати.

— Не будешь есть? Что-то новое.

В ответ Сянцзян лишь высунул змеиный язык.

У Чан поверить не мог: вначале провоцирует, дерзит, а после делает вид, будто его еще уговаривать надо? Что ж, не повезло Сянцзяну – насмотревшись на выходки демона, наследник сейчас был последним, кто стал бы перед ним расшаркиваться. И все же совесть предательски кольнула, и он оставил на подносе пару нетронутых блюд.

К утру, когда бледное солнце только начало подниматься над крышами Сичжуна, У Чан сквозь глубокий сон почувствовал неладное. Несколько раз он пытался перевернуться, несколько раз отмахнуться, однако лица что-то назойливо касалось. Тело прижало чем-то ощутимо тяжелым, отчего ему начало сниться, словно он – уж, на которого безжалостно наступили.

Сквозь пелену сна наследнику вспомнился тот странный дурман: тогда, прямо как сейчас, на груди сидел огромный серый волк. Его зубастая пасть распахнулась так близко, что У Чан в панике открыл глаза. Тотчас щеку больно прижала подошва сапога.

— Наконец-то проснулся! Вставай, сейчас я тебя буду отчитывать – мало не покажется.

Наследник никак не мог сосредоточить взгляд на фигуре, повисшей над ним. Голос вроде бы принадлежал Сянцзяну, но сам демон, казалось, уменьшился раза в три. От такого нелепого зрелища не то что за меч хвататься – ругаться расхотелось.