Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 60 – Лин Няннян

— Не спеши, для начала известим Лао Вана.

Но ученик уже разжал ладонь, отпуская Фэна, и скомандовал черному скакуну. Цзюй грозно топнул о землю и промчался через ворота постоялого двора, оставляя густые клубы пыли за собой.

— А ну… Куда? – К сожалению, восклицание Дяо Ши не нагнало наследника. Тогда, недовольный, он обернулся к Го Бохаю, чтобы потребовать объяснений, но и тут был вынужден напрячь голос: – И вы туда же? Мы не закончили. Раз ваш жалкий щенок убежал, поджав хвост, то вам и отвечать за его поступки! Думаете, если нацепили на себя мудрость, как халат, так она сделает из вас человека? Какой пример вы подаете ученику! Эй!

Но Го Бохай уже взобрался в седло и пришпорил коня. Слова Дяо Ши, затухающие позади, сейчас почти не имели значения. Что толку задумываться о таком, когда силуэт ученика стремительно растворялся в надвигающейся ночи. Хотя именно на этот счет кое-что появилось в мыслях наставника.

Многочисленные фонари проносились перед глазами, но Го Бохай едва замечал их. Ветер свистел в ушах, заглушая удары сердца. Серогривый Фэн не на шутку взбеленился. Комья утоптанной дороги вылетали из-под копыт, точно та была свежевскопанной. То ли наставник переборщил со взмахом поводьями, то ли Цзюй ненароком задел жеребца хвостом, но Го Бохаю понадобились силы, чтобы остановить своего коня.

Светлый силуэт резко возник перед Цзюем. Вороной скакун в испуге заржал и вздыбился, едва не сбросив наследника с седла. И все же У Чан удержал его, уводя в сторону. Цзюй поспешил в том направлении, куда его потянули, но и тут ему перегородили путь.

Взгляды учителя и ученика непривычно для обоих столкнулись. Не как раньше. Прежде между ними подобного не случалось, а потому они застыли.

Наконец негодующий лошадиный гул утих. Фэн и Цзюй успокоились, ожидая дальнейших команд. Го Бохай приложил усилия, чтобы вновь обрести спокойствие и отдышаться.

— Что ты творишь? – И все же голос дрогнул.

После случившегося его волнение легко было спутать с гневом. Кто-то даже мог решить, что он сорвался. И был бы всецело прав. Однако это никак не встревожило У Чана. Он молча сдвинул брови.

Глядя на упрямого ученика и еще более упрямого скакуна, который также уставился в ответ, Го Бохай отказывался верить, что ему придется это сделать. Он вынужденно велел:

— Возвращайся. – И поспешил отнять поводья у наследника, как вдруг его руку наотмашь звонко отбила крепкая ладонь.

Слова застыли на устах наставника. Голос У Чана отвлек от покалывания в пальцах:

— Не стоит. В мои планы не входит развлекать больных на голову людей. И уж тем более потакать им. – Умолкнув, он стиснул зубы и собрался отвернуться, однако будто примерзшая к лицу наставника растерянность доставила ему злорадное удовольствие.

Спустя короткую паузу его уста искривила усмешка:

— Пусть думают что хотят, говорят что пожелают. Едва ли найдется небожитель, которому не приписывали злодеяний. Так зачем убиваться? Может быть, вам, наставник, и привычно оправдываться перед каждым проходимцем, но не мне. Это унизительно…

Ночную улицу на выезде из города заполнило хриплое ржание коня. Фэн выпустил из ноздрей горячий воздух и грубо боднул головой Цзюя, словно запрещая стоять так близко. Лишь сейчас Го Бохай взялся обеими руками за поводья и полностью вернулся в седло.