Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 88 – Лин Няннян

И его отпустили. Вот только не так почтительно, как бы хотелось человеку, зависшему над пропастью из ступеней. Собрав по пути все возможные выступы и набив шишку на лбу, он рухнул плашмя неподалеку.

Привратник отряхнул ладони, будто бы замарал их об этого низменного:

— Ох, какой же он неуклюжий, споткнулся и упал лицом в грязь, не так ли, господа?

Зеваки закивали, но не особо активно. Тогда в лунном свете сверкнула монетка на кончике большого пальца привратника. И голоса людей внезапно в унисон запели:

— Ой, верно, верно!

— Мы кричали ему быть аккуратнее!

— А он, как всегда, не смотрел под ноги.

Награда за теплую лесть тотчас подпрыгнула в воздух, звонко провернулась над головами зевак и, описав дугу, упала в чьи-то ладони.

Мало-помалу все снова разбрелись. В округе стало потише. Песни и девичьи голоса зазвучали четче. И именно в этот момент на ночном горизонте показался силуэт высокого стройного человека в вэймао.

Невозмутимо перешагнув через скулящего на земле мужчину, он медленно приближался к ступеням. На сапоги упал теплый свет фонарей; в то же время холод луны коснулся лица за газовым пологом, и оно стало неестественно ледяным.

Силуэт, приковавший внимание привратников, плавно вырисовывал в их головах образ богатея. Они быстро окинули острыми взглядами и изящный прямой меч, и черные узорчатые наручи, и даже непонятную, но явно дорогую серебряную подвеску на поясе. Пока они подробно разглядывали гостя, тот уже поднялся и теперь, стоя у самых дверей, пристально – будто бы даже хищно – смотрел на них в ответ.

Лица было не разглядеть из-за легкой ткани головного убора. Та едва колыхнулась, когда молодой человек ровным голосом спросил:

— Я могу пройти?

Музыка в главном зале утихла. На платформу вышла тончайшей души девушка, ее пальцы коснулись струн, и под затаенное дыхание слушателей родилась напряженная песнь об уставшем путнике. Звучание разлилось до парадных дверей, где атмосфера сгущалась все сильнее.

Привратник слева от входа не видел причин отказывать и сразу пригласил таинственного гостя жестом. Однако его напарник все же решил поинтересоваться:

— Кем будете, господин? Сами понимаете, нам здесь проблемы не нужны. В этом благородном заведении не жалуют шумных и вздорных посетителей, которые не знают меру в вине и потому лезут в драку. Может, покажете лицо, чтобы мне спалось спокойнее? – Сказав это, он даже льстиво улыбнулся, желая выглядеть предельно милым.

Но гость ничего не ответил, будто и вовсе пропустил просьбу мимо ушей. Тогда привратник стал серьезнее и наклонился ближе:

— Понимаете, что спрашивать будут с меня?

— А какое мне до этого дело? – резко перебил его человек, скрывающийся за тенью головного убора. Он указал наверх: – Надпись над входом гласит, что войти может любая добрая душа. Я – добрая душа. Если вопрос в деньгах – так и пишите, нечего людям головы морочить.

Ладонь нырнула в нагрудный карман. Двое подобрались, коснувшись рукоятей своего оружия. Однако гость лишь вынул мешочек, перевязанный шелковой нитью. По виду тот был доверху набит. Он подпрыгнул несколько раз в сильной руке – и зазвенел красиво, словно по крыше бьют капли дождя.

Ровно в этот момент мимо дверей пробегала служанка с пустым подносом. Услышав тяжелый звук монет, она резко сменила направление и, оставив все дела, поспешила вмешаться: