Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 90 – Лин Няннян

— Изволите о чем-то еще попросить? – уточнила девушка в поклоне.

Гости молча переглянулись. Лицо первого все так же скрывалось за пологом головного убора, второй почти сразу отвернулся. Служанка оказалась не глупа и быстро выпроводила лишних. Она мудро опустила взгляд, пожелала хорошего отдыха и перед самым уходом услышала звонкий голос:

— Сестрица Ло, сделайте так, чтобы ни одна душа не входила сюда без разрешения.

Двери закрылись.

Молодой человек вздохнул полной грудью и наконец отбросил головной убор в угол резной скамьи. Теплый свет разлился по его серебряным волосам.

— Какая морока, – устало ухватившись за кувшин с водой, протянул У Чан.

Демон напротив развалился с расслабленным видом, закинув теперь уже оба сапога на соседний стул. Он махнул пальцем, и палочки для еды, удерживая пельмешек, сами влетели ему в ладонь.

— Ну не рождался бы тогда. – Уголки его губ растянулись.

У Чан сделал глоток, но вода пошла не в то горло. Он закашлялся, задумчиво всматриваясь в глумливую рожу.

— Смешно. – А потом увидел, как тарелка золотистых сочных пельмешек стремительно начала пустеть. – А тебе не вредно столько есть? Вчера за милую душу уплетал сладкий картофель. Съел даже тот клубень, что Лао Вану должен был достаться. Думаешь, я не заметил, как твое наетое пузо выпирало из моего кармана?

Взор Сянцзяна не стал, как обычно, мрачным. Будто бы он принял удар наследника как достойный ответ. И потому, закусив острым тофу, он указал пальцем:

— Мое тело ослабло из-за ваших же с Го Бохаем приключений. И в отличие от тебя, я хоть что-то делаю, а не только ною.

В памяти У Чана промелькнула сцена: ночь, когда казалось, что Сянцзян впервые испытывает жгучую боль. Получается, тот попусту задирал нос из-за своего совершенного тела? Не такое уж оно и бесчувственное.

— Разве для тебя это не просто царапина? – с издевкой обронил наследник. – Рану нанес не небожитель, а всего-то избранный… Мэн Чао.

Не особо рассчитывая на реакцию, он потянулся за водой. Однако сквозь шум уплетания жирной, лоснящейся лапши все же послышалось ленивое:

— Не каждый день тебя касается проклятие, которое ты же и породил много столетий назад.

Кувшин в руке наследника резко пошел глубокими трещинами, словно изнутри. Вода хлынула во все стороны, забрызгав и одежду, и стоящие рядом блюда.

У Чан подскочил, отряхиваясь. Затем, пока еще можно было что-то спасти, смахнул влагу со стола. Однако перестарался, и несколько тарелок с едой улетели на пол.

Сянцзян, который только что потянулся за вкуснейшим кусочком ароматного мяса, что так и просилось в рот, вмиг остался ни с чем.

— Дали тигру крылья^[26], так он сам себя пугает. – Он небрежно воткнул палочки в миску с рисом, словно похоронил всю трапезу. – Соберись уже наконец.

Но это все равно что просить человека остановить голыми руками надвигающийся тайфун. Будто бы это вообще кому-то подвластно. У Чан оскалился, но сил зарычать не хватило. Он упал обратно, уставший и вымотанный:

— Может, уж ты изволишь позаботиться обо мне? Покорми меня для начала. – И демон не оценил шутку, скривив лицо от такого предложения. – Не нравится? Тогда зачем ворчать, если сам знаешь, что я еще плохо контролирую духовные силы?

Вытерев губы рукавом и опустив густые ресницы, он стал выглядеть жальче, чем до того, как вспылил.