Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 139 – Моргана Маро

— Не припомню, чтобы ты забирал вещи на память. Убил всего лишь второго императора, а словно стал мягче.

Фан Лао столь резко развернул веер, что спугнул сидевших на зубьях стены воробьев. Лишь Маньвэй в образе ворона не вздрогнул.

— Или дело не в императорах? – сощурив светлые глаза, с хитрой улыбкой спросил мудрец Ао. – Ты все еще думаешь о том, что случилось в Цинхэ? Ты оставил в живых того, кто видел твое настоящее лицо, твою сущность, а ведь раньше такого не случалось. Видимо, от человека в тебе больше, чем от Бедствия.

— Кажется, ты этому рад, – заметил Фан Лао, склонив голову к плечу.

— Ты пошел в мать, разве не хорошо?

Фан Лао был иного мнения, но решил промолчать.

— Куда дальше направишься? И как скоро? – спросил мудрец Ао, погладив ворона по шее. Тот не смел отпрянуть, однако и выглядел так, словно с трудом сдерживался, чтобы не цапнуть за палец.

— Я обещал новому императору Хуашани навестить его после свадьбы, а затем направлюсь в Лаху, – не стал скрывать Фан Лао.

— Лаху, значит… – тихо произнес мудрец Ао, и его зрачки засветились белым. – Помнится, их император пронзил шею Фан Миня стрелой.

— Тогда его постигнет та же судьба.

Довольно взглянув на сына, мудрец Ао перевел разговор:

— Не забывай, что оставшиеся два императора лишь наши с тобой враги. Главная угроза идет из-за Северных гор. Я собираюсь наведаться туда в ближайшее время и выяснить, не разрушены ли крепости рода Цин.

— Без крыльев ты будешь добираться месяц, – заметил Фан Лао.

— Ничего, я привык обходиться без них. Либо ты можешь одолжить мне Маньвэя.

Ворон возмущенно каркнул и распушил перья. Мудрец Ао не сдержал смеха. Поняв, что тот лишь шутит, Маньвэй шагнул поближе к хозяину.

Спрятав веер в рукав, Фан Лао спросил:

— Ты сделал мне маску?

Мудрец Ао протянул ему белую маску с алым узором хуадянь на лбу, которую все это время держал в руке. Взяв ее, Фан Лао с негодованием произнес:

— Почему прошлая разбилась?

— Потому что не выдержала божественного оружия. Он уже знает, куда бить, так что будь осторожней. Эти маски долго изготавливать, – предупредил мудрец Ао.

Помедлив, Фан Лао приложил маску к лицу. Та стала его второй кожей – тонкой, почти неощутимой, – но спрятала истинный облик ото всех.

— Надеюсь, мы еще встретимся перед тем, как ты отправишься в Лаху, – произнес на прощание мудрец Ао. – Если же нет… ты знаешь, что я всегда откликнусь на твой зов.

— Надеюсь, мне никогда не придется тебя звать.

Поднявшись на ноги, Фан Лао развернул за спиной два мощных черных крыла. Закрыв глаза, он шагнул со стены и сорвался к подножию крепости, но, поймав ветер, взмыл так высоко, что мог бы коснуться пальцами редких белых облаков. Маньвэй, недовольно каркнув, поспешил за хозяином.

Этого Фан Лао и не хватало за все время в Юйгу. Свободы. Он мог парить в небесах с утра и до самой ночи, преодолевать многие ли за несколько кэ. Вот только из всех разумных существ лишь Маньвэй мог составить ему компанию и подхватить, если усталость одолевала тело.

Спустя шичэнь они миновали Великую Стену. Тело Фан Лао покрылось черными перьями, и он обратился в ворона с голубым глазом. Так, вместе с Маньвэем, не привлекая внимания, они к утру следующего дня добрались до Хуашани. Лес окутывал крутые горы, а туман скрывал тонкие, словно нити, реки, пронизывающие страну.