Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 51 – Моргана Маро

— Я собираюсь очистить животных, однако боюсь, что смогу ненароком задеть и тебя.

— Неужели ты можешь и меня исцелить?

— Вряд ли, боль будет нестерпима – ты можешь погибнуть. Подожди меня в нашей юрте.

Цин Вэнь окинул взглядом загон, прежде чем с неохотой кивнуть и уйти. Оставшись один, Фан Лао подобрал ветку и прямо на земле начертил несколько сложных печатей, по одной с каждой стороны света, и соединил их непрерывающимися древними письменами. Это заняло у него не меньше шичэня, и кочевники, наблюдавшие за ним, успели потерять интерес и разойтись.

— Начнем, – самому себе сказал Фан Лао.

Встав на одну из печатей, заклинатель сложил пальцы и закрыл глаза, мысленно взывая к Земной и Небесной жилам.

Поднявшийся ветер заставил развешанную неподалеку одежду затрепетать, а часть – и вовсе сорваться. Девушки раздосадованно закричали и бросились ее ловить, пока не улетела в воду. Соколы поспешили спуститься к стойбищу, недовольные непогодой, а с горизонта потянулись черные клубящиеся тучи, вскоре закрывшие небо и солнце. Стало настолько темно, что кочевники зажгли фонари.

Яркая молния разрезала небеса пополам и впилась в одну из печатей. Зараженные животные заметались, но у них не было сил, чтобы вырваться из загона.

От грома дрожала земля, а молнии ослепляли. Казалось, это спрятавшийся за тучами дракон гневается, то и дело извергает из пасти белоснежное пламя и готовится обрушить его на Вэйдахай!

Кочевники спрятались в юртах, и Фан Лао остался один, чувствуя, как воздух кипит от противостояния светлой и темной ци. Иероглифы на земле ярко полыхали, а темная ци крайне неохотно покидала животных, заставляя их испуганно блеять.

Всполохи мягко освещали одинокую фигуру заклинателя. Полы одежд и широкие рукава трепетали на ветру, подобно крыльям птицы, волосы разметались и били по сосредоточенному лицу, а серебряные украшения мерцали.

Будь здесь Тяньцай-цзюнцзы, он непременно остановился бы, чтобы запечатлеть столь невероятную картину! Казалось, Фан Лао бросил вызов самим Небесам, возжелав во что бы то ни стало отстоять невинные жизни.

Темная ци покидала кости и вены зараженных животных и, отслаиваясь от тел, поднималась в небо, подобно дыму. Под самыми тучами она собиралась в пилюли размером с ноготь на большом пальце.

Когда загустела последняя такая пилюля, Фан Лао протянул руку, и они упали на его ладонь. Их оказалось чуть больше десяти, черных и маслянистых, даже касаться их было неприятно.

Спрятав темные пилюли в бездонный мешочек цянькунь, Фан Лао взмахнул рукавом, разрушая печати, и с неба тут же хлынул дождь невиданный силы, словно удары кулаков обрушились на спину заклинателя.

В последний раз окинув взглядом загон с животными, Фан Лао поспешил в юрту. Стоило окунуться в тепло после холодного дождя, как заклинатель невольно задрожал и несколько раз тихо чихнул, чем привлек внимание читавшего Цин Вэня. Поднявшись, принц схватил приготовленное полотенце и накинул его на голову Фан Лао.

— И обязательно призывать грозу? – недовольно поинтересовался Цин Вэнь.

— Так вышло, – пробормотал заклинатель, морщась от прикосновений шершавого полотенца, которым вытирал себе волосы. – Я очистил всех животных. Если никто вновь не откроет путь в Янхай, то союз Лан в безопасности.