Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 53 – Моргана Маро

— Надеюсь, после испытаний великий шаньюй наконец расскажет то, что обещал, – с нажимом произнес Цин Вэнь.

— Мое слово нерушимо, и мудрец Фан ему свидетель.

Фан Лао послушно кивнул, видя, с какой неохотой соглашается Цин Вэнь. Он хотел лишь узнать правду о своем детстве, а не становиться членом племени.

Новость о том, что Цин Вэнь будет проходить испытание, подобно пожару разнеслась по союзу Лан. Всего за несколько дней к Вэйдахаю подтянулись сотни кочевников, чтобы удостовериться, что скоту больше не угрожает темная ци, а мальчишка из клана Цин действительно заслуживает носить свой фамильный знак.

Фан Лао не любил толпы, а в переполненном становище и вовсе стало неуютно. Вдобавок многие хотели своими глазами увидеть мудреца Фана и порой на ломаном наречии народа юй или цзянь расспрашивали о вещах, о которых заклинатель не имел ни малейшего представления! Он не знал, как вылечить облысение, хромоту или гнилые зубы, и раздавал всем обратившимся листы с иероглифами счастья и благополучия.

Первое испытание проходило за становищем, на обустроенной площадке для стрельбы. Три мишени стояли на разных расстояниях от стрелка: в десяти, двадцати и тридцати чжанах, на столбах висели сверкающие медные диски, самый большой из которых был размером с голову, а самый маленький – с детский кулак.

Кочевники сгрудились за деревянным ограждением, наблюдая за Цин Вэнем, который внимательно слушал старейшину, объясняющего правила. Они стояли так далеко, что Фан Лао не мог разобрать ни слова, вдобавок гомон зрителей заставлял виски неприятно гудеть.

— Вэнь-эру нужно будет попасть во все мишени? – поинтересовался заклинатель у Сы Ху.

Кочевник, облокотившись на ограждение, крутил в руке косицу с красным камешком на ней. Услышав вопрос Фан Лао, он охотно пояснил:

— Да, сначала мишени на земле, потом ему дадут лошадь и скажут сбить подвешенные, а после выпустят гусей. На их лапках тоже привязаны диски.

— Неужели каждый кочевник с этим справляется?

— Когда как. Считай, ему повезло, что сегодня безветренный день. Я не смог сбить одну из пяти мишеней, когда выпустили гусей, – с неохотой признался Сы Ху и взмахом руки велел своим людям отойти чуть подальше и дать Фан Лао пространство. – Мудрец Фан, сможет ли Цин Вэнь пройти первое испытание?

— Разве Ущелье демонов не дало понять, что Вэнь-эр способен и на большее? – с мягкой улыбкой поинтересовался Фан Лао. – Его стойкости позавидуют даже боги.

Сы Ху поджал губы и, наклонившись к заклинателю, негромко поинтересовался:

— Стоит ли нам беспокоиться, что мудрец Фан вдруг решит помочь третьему принцу?

— Я похож на того, кто готов сжульничать? Только от Вэнь-эра зависит, как он пройдет испытания и захочет ли стать членом союза Лан.

— Неужели он не захочет? Здесь ведь его род! – удивился Сы Ху.

— Но ведь воспитали его в столице. Не вы взяли Цин Вэня под опеку, а император Юйгу, – напомнил Фан Лао. – Почему он должен считать Вэйдахай своим домом?

Сы Ху не нашел что сказать и отвернулся, вновь начав перебирать косицы. Заклинатель же произнес напоследок:

— Порой дом – это люди, к которым ты готов вернуться.

Цин Вэнь натянул тетиву и выстрелил. Затем выстрелил вновь и вновь. Никто не удивился, когда он поразил все три мишени на земле: дети кочевников с детства учатся стрелять, и попасть в цель для них – все равно что ученому мужу зачитать строки известного поэта.