Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 68 – Моргана Маро

– У реки.

От последовавшего молчания Цин Вэню стало не по себе.

— Это труп? – наконец спросил Фан Лао.

– Да.

– Вы его касались?

— Да, – с неохотой признался принц, почти услышав тяжелый вздох.

– Вымойте руки, я сейчас приду.

Взяв мыльный корень, Цин Вэнь и Чоно натерли руки так тщательно, что кожа раскраснелась и теперь зудела. Желание вновь приблизиться к мертвому отпало, так что, когда пришел Фан Лао, Цин Вэнь и Чоно ждали в чжане от тела.

— Судя по всему, он из рыбацкой деревни, – предположил принц, пока заклинатель осматривал умершего. – Я отправил туда Маньвэя на разведку.

Фан Лао промолчал, вдруг обернувшись к реке. Проследив за его взглядом, Цин Вэнь замер: течение принесло новые тела.

Расположенная на востоке деревня называлась Синфуюй^[16], вот только «счастье» в названии не отвело беду.

Небольшой отряд въехал в деревню к полудню. В необычайной тишине копыта лошадей громко стучали по выложенной речным камнем дороге.

Синфуюй лежала по обе стороны реки, на лесистых холмах. Берега вздымались над водой порой на целый чжан, кое-где виднелись мосты, похожие на спину дракона. Покачивались привязанные лодки, на мели покоилась джонка с опущенными парусами. Черная черепица блестела на солнце, а полопавшаяся краска на деревянных стенах напоминала вздыбившуюся чешую рыбы. Все окна были плотно закрыты ставнями, а под крышами колыхались фонарики. На ступенях некоторых домов дремали коты, а мимо отряда несколько раз пробегали собаки, держа в зубах обглоданные кости.

Воздух в деревне пропах сладким ароматом, от которого слегка кружилась голова, однако ни один цветок на глаза не попался. Фан Лао запах показался знакомым.

— Мой принц, помнишь, мы наведывались к Кань Жуну? – мысленно спросил заклинатель, и ехавший рядом Цин Вэнь кивнул. – В его кабинете стоял такой же аромат. Это были не благовония!

— Хочешь сказать, Кань Жун может быть болен тем же, чем и жители этой деревни? – В голосе принца послышался испуг.

– Да, но у него получалось сдерживать болезнь… Вот только надолго ли? Не вернемся ли мы в зараженную столицу?

Цин Вэнь промолчал, стиснув повод.

— Впервые вижу, чтобы здесь было так пусто, – прошептала Чань Ю, спешившись.

— Ты часто здесь бываешь? – поинтересовался Цин Вэнь.

— Не очень, но здесь всегда шумно.

— Жителей много? – спросил Фан Лао.

— Почти сотня семей. Деревня старая и богатая, но из-за того, что неподалеку Вэйдахай, разбойников здесь не бывает.

Чоно, ехавший на одной лошади с Фан Лао, заозирался, раздувая ноздри.

– Ты что-то почувствовал?

– Да.

Мальчишка спрыгнул с седла и зашагал к ближайшему проулку. Чань Ю приказала троим кочевникам ждать на краю деревни и присматривать за лошадьми.

Чоно шел впереди, принюхиваясь, подобно собаке. Вскоре Фан Лао тоже ощутил странный запах помимо настойчивого цветочного аромата.

— Вы чувствуете, чем пахнет? – поинтересовался он у Цин Вэня и Чань Ю.

Одновременно втянув воздух, те недоуменно покачали головами.

— Я чувствую только запах цветов, от которого чихать хочется.

— И чем же пахнет, Лао-эр? – спросил принц.

— Болезнью.

Впереди раздался тихий звон, и, повернув за угол, они увидели небольшую процессию в белом, несущую гроб. Впереди, одетый в белоснежную кашаю со множеством украшений на груди, шел монах, постукивая чаньчжаном^[17] с колечками, издающими тот самый звон. Его голова была обрита налысо, меж бровями алела точка, а свободной рукой он перебирал четки. Монах читал сутру, однако, почувствовав пристальный взгляд, обернулся. Лицо было знакомым – Фан Лао уже видел этого человека в доме Хэнь Жаонина.