Книга Тигровая лилия, страница 53 – Катерина Зверь

Алар неторопливо шел вдоль прилавков, порой останавливаясь и разглядывая тот или иной товар, отсчитывая несколько монет и договариваясь об отправке покупки к нужному подъемнику. Джемайя не мешала ему, лишь подсказывала, в какой части ряда искать нужные товары. Заговорила первой она только один раз, когда предложила купить для Шиама мешочек засахаренных орешков, чем изрядно развеселила охотника. Сама девушка еще в начале торгового рынка прихватила с одного из прилавков румяное яблоко, кинув стоящему рядом мальчонке пару медяков – этот нехитрый прием помогал отсеять назойливых разносчиков всякой уличной снеди, полагающих, что всякий пришедший на рынок буквально умирает с голоду и следует немедленно спасти его с помощью их товара. Алару повезло меньше – один из разносчиков прицепился к нему, уговаривая «дорогого гостя великой Ямарры» угоститься сырной лепешкой: «всего три дархи^[6], достопочтенный, и вы не будете знать голода до самого заката!» Охотник то ли не пожелал вступать в спор, то ли и впрямь проголодался, но, отсчитав указанную сумму, безошибочно забрал с услужливо подставленного лотка самую свежую из лепешек – Джемайя даже не успела открыть рот, чтобы подсказать ему, какую лучше выбрать. Видимо, жизнь, проведенная в странствиях, научила его разбираться в уличной еде – а может быть, сказывалось охотничье чутье.

— И впрямь недурно, – кивнул Алар, надкусив лепешку, и, когда разносчик открыл рот, чтобы поблагодарить за комплимент, добавил:

— А теперь скройся с глаз, пока я не припомнил тебе «достопочтенного».

Торговец, виновато поклонившись, торопливо направился дальше, мигом растворяясь в толпе.

— Он правда не желал тебя обидеть, Алар-нэ, – усмехнулась Джемайя и бросила огрызок яблока на край дороги, где копошилась стайка крохотных птичек. Те тут же слетелись к неожиданному угощению, принимаясь склевывать остатки мякоти.

— Торговцы здесь и впрямь удивительно любезны, – согласился Алар, – на рынках где-нибудь в Имате я бы уже охрип, торгуясь с местными упрямцами.

— Ямарра живет торговлей. Здесь всякий покупатель на вес золота, а уж тот, кто прибыл из дальних краев, драгоценен вдвойне – если он не увезет домой товар, то как минимум понесет дальше знания о нем.

Расправившись с лепешкой, охотник сделал пару глотков из фляги, висевшей у него на поясе. Джемайя вопросительно указала глазами вперед – «идем дальше?» – и Алар кивнул, вытирая рот тыльной стороной ладони.

На Морском и Скотном рядах птиц собиралось не меньше, чем возле прилавков с фруктами, – запахи мяса и рыбы привлекали мошкару, так что мелким пичугам и здесь находилось чем поживиться. От некоторых прилавков расходился ароматный дымок – над углями коптились связки золотистой рыбы, в каменных чашах жаровен томилось мясо – в меду, в уксусе, в сладком плодовом вине.

Спустившись с лестницы в это море запахов, Алар остановился на мгновение и, прикрыв глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

Джемайя вопросительно оглянулась.

— Тебе дурно, Алар-нэ? Запах рыбы в жаркий день не всякому по вкусу.

Охотник открыл глаза и с улыбкой покачал головой:

— Напротив. Запах мяса на углях напоминает мне о тех днях, когда я был мальчишкой. Всякий раз, когда охотники возвращались в деревню, вся наша община собиралась возле огромного костра, и мясо – или рыбу – жарили сразу же, и порой мы, деревенские дети, пировали вместе со старшими до самого утра. Славное это было время, – он мечтательно усмехнулся, – тогда мне не приходилось бегать за добычей самому.