Книга Королевская кровь. Книга 4, страница 125 – Ирина Котова

— Как, как, — уныло сказал барон. — Еще месяц, и я по святости обгоню Макса. Я уже, кажется, забыл, как выглядят сиськи. Точнее, забыл бы, если б их мне под нос не пихали по несколько раз на дню. В ассортименте.

— Я тебя не узнаю, — со смешком сказал Алекс. — Точно конец света грядет. Ты раньше без очередной любовницы не засыпал.

— Почему, было несколько раз, — скромно возразил Мартин. — Но теперь, мой друг, я засыпаю, читая тидусские эпосы. Черт! У них описание колесницы занимает три страницы, а над смертью героя плачут бесконечно. Такое ощущение, что им в древности заняться было нечем. А мне теперь страдай, — он фыркнул досадливо. — Боюсь, если там и есть что-то про последние дни Туры, то я не успею это прочитать до этих самых последних дней. Сейчас как подумаю, что снова идти домой и вникать в словоблудие, холодным потом покрываюсь.

— Так, может, заглянем в клуб? Кто-то обещал мне стрипушек, — небрежно предложил Свидерский и допил кофе. — Тебе бы отвлечься. И вообще, на что тебе помощники и студенты? Запряги их, пообещай награду повкуснее. А сейчас брось. Ну что, в клуб, а?

— Ты гениальный эксплуататор, — возрадовался Мартин и потянулся мечтательно. — Стрипуушки… Эх… Я разве что посмотреть, но не трогать, — вздохнул он. — Только чтобы не оставлять тебя на пути разврата в одиночестве, Данилыч. И давай куда-нить подальше, а? В Йеллоувинь или вообще в Эмираты? Будет неприятно, если застукают.

Через некоторое время двое магов в полумасках сидели на широком угловом диване в темном заполненном баре Пьентана и наблюдали за извивающимися девушками. Танцевали перед ними хорошо, с душой, и улыбались искренне. А чего не улыбаться тем, кто столько платит? Алекс попивал рисовую водку и с удовольствием оглаживал тонкое тело уже успевшей усесться ему на колени красавицы. Та щебетала ему на ухо, кивая на второй этаж — там, где находились комнаты для приема разогретых танцами клиентов.

Мартин тоже пил и мрачно смотрел на сцену. Нельзя сказать, что ему не хотелось — тело вполне здорово отвечало, да и никто бы никогда не узнал об этом. И кто-то внутри нашептывал ему, что он никому ничем не обязан, что с Мариной его не связывают обещания или отношения, и что верность в его ситуации — настоящая придурь. Да и не повлияло это бы на их странную дружбу.

Но что-то его останавливало. Кроме того, что он не имел права подставлять свою принцессу. Что-то, очень похожее на равнодушие и пресыщение. К тому же он и правда слишком устал для скачек.

Он насмешливым взглядом проводил подмигнувшего ему и вставшего Алекса, направляющегося к лестнице, мотнул головой на недвусмысленное предложение еще одной девушки — и настойчиво постучал рюмкой по столу, требуя налить себе еще. Это было куда приятнее тидуссов с их эпичными завываниями. И требовало куда меньше сил, чем ублажение женщины.

Через несколько часов барон, в стельку пьяный, бродил по полупустым улочкам Пьентана, держа в руке тяжеленную бутылку с водкой. Перебрался через какой-то забор, попав в ухоженный сад. Там цвели огромные, пышные цветы — он никогда не вспомнил бы их название. Некоторое время он сидел на земле и любовался на эти цветы, и пил, затем встал, и как медведь в малиннике пошел ломать их.

Где-то недалеко залаяла собака, и он чертыхнулся, кинул в ту сторону бутылку и через силу открыл Зеркало. Кто другой и вовсе бы не смог, но ему это не составило особого труда. Только повозился чуть да резерва потратил больше, чем обычно.