Книга Мальчик и его маг, страница 19 – Елена Ядренцева

В подвале Шандор не чувствовал хода времени. В садике наступила осень и потом зима, но всё это было не взаправду. За стену не проникали метели, над садом не летали птицы. Сначала Шандор пытался считать время, делая записи на полях книг, потом Арчибальд сказал «ну и что тебе это даст?» и принёс тетрадь, и тогда Шандор считать время перестал. Тетрадь лежала пустой. Арчибальд продолжал стучаться, проверял, сколько Шандор прочитал и что усвоил, разучил с ним простейшие заклятия: достань предмет — спрячь предмет. Шандор всё время пытался достать не то, что спрошено, что-то живое, тёплое, а не подкову, не камень с мостовой, не клочок сена, не гвоздь, не кирпич. Яблоко. Цыплёнка. Когда он в очередной раз на просьбу вроде «сотвори мне пять гвоздей разной длины» протащил сквозь небытие полевую мышь, Арчибальд встал с дивана, с которого наблюдал.

— Это животное, — он протянул ладонь, но Шандор спрятал мышь за спину, — отправится в леса, где ей и место. Шандор, не зли меня.

Шандор не мог остановиться. Казалось бы, протянуть руку и разжать кулак. Мышь копошилась, ей было неудобно, наверняка Шандор впопыхах слишком сильно сжал ей живот или ещё что-то.

— Ты держишь дворец, а не только лес. Люди живут в городах. — Арчибальд прохаживался взад-вперёд. — М-да. Ты не любишь город.

Шандор ненавидел.

— Отдай, ты же сейчас её задушишь.

А то вы нет. Шандор представил, как Арчибальд наступает на мышь блестящими чёрными сапогами, и попятился аж до самой стены.

— Нет, подумать только. Мышиный бунт.

Арчибальд нарисовал ладонью в воздухе крест — и мышь, живая, тёплая, исчезла. Шандор сжал пустой кулак.

— Вы её… что?

— Убрал туда, откуда ты её взял. — У Шандора, видимо, выступили слёзы на глазах, потому что Арчибальд отвернулся, будто разглядывал книги, которые сам же и принёс. Он так делал иногда — давал пару минут вытереть лицо, прийти в себя.

— А могла бы выйти на луг и жить по эту сторону.

— Сейчас зима.

— Впасть в спячку, а потом выйти на луг.

Шандор представил, как Арчибальд содержит мышь в маленькой клетке, и не смог не фыркнуть. Арчибальд снова сделал вид, что не заметил.

— Тебе по нраву извлекать живое, я уяснил. Но обращаешься с неживым ты пока хуже. Когда научишься посреди ночи левой рукой доставать из-за спины, скажем, прибор для открывания бутылок, тогда и приступай к своим пищащим.

Прибор для открывания бутылок?

Арчибальд снова сел на диван. Шандор на нём почти что не сидел, так что тот всё ещё казался новым.

— Вот что. Любая просьба, но в рамках разумного. Кошку нельзя, и отпустить тебя нельзя. Письмо отцу нельзя. Что-то, что я смогу разрешить. Что смотришь? У тебя сегодня день рождения.

— Я не считаю дни.

— Я так и думал.

— Можно мне погулять в лесу?

— Только со мной, а от меня лесам сейчас не очень хорошо.

— Можно… наш дом? Я тогда даже двери не закрыл. Вытереть пыль, запереть дверь, поправить крышу, если что упало, почистить снег, покрасить, хотя зимой красить не очень-то… Можно? Я не попробую вернуться, я просто хочу…

— Тебе нельзя, а я схожу приберусь, отчего же нет, — Арчибальд встал, — сегодня же вечером. Сумеешь потом вычленить нужные образы — я тебе даже покажу, как там сейчас.

Шандор уже научился угадывать заклятие за пару секунд до того, как оно сбудется, и чаще всего это были всё те же пощёчины, но сейчас он отшатнулся было, а что-то взъерошило ему волосы и исчезло. То ли ветер, то ли рука. Прошло — и было ли, нет ли. Арчибальд скрылся в коридоре, не прощаясь.