Книга Плохие вести от куклы, страница 23 – Джеймс Хэдли Чейз

Феннер расслабился в глубоком плетеном кресле, подхватил шляпу и надел ее.

В машине сидели четверо. Трое вышли, оставив шофера за рулем.

Феннер узнал Рейгера и Миллера, еще одного парня он не видел. Они быстро поднялись по ступеням и заморгали в полутьме. Рейгер почти сразу заметил Феннера и подошел.

Феннер поднял глаза и кивнул.

— Ищете кого-нибудь? – сказал он как ни в чем не бывало. – Клерк уже ушел.

— Ты нужен Карлосу. Пошли, – сказал Рейгер.

Феннер помотал головой:

— Слишком жарко. Скажи ему, что не в этот раз.

Подошли остальные двое и встали по кругу, вид их не сулил ничего хорошего.

— Сам пойдешь или тебе помочь? – тихо сказал Рейгер.

Феннер медленно поднялся:

— Ну раз так…

И он пошел с ними к машине. Он знал, что Рейгеру не терпится ему двинуть, и понимал, что не стоит поднимать шум. Он хотел увидеть Карлоса, но предпочитал делать вид, что не очень-то и заинтересован.

Они быстро и без единого слова ехали к гостинице «Флаглер». Феннер сидел между Рейгером и Миллером, а третий, которого они называли Багси, рядом с водителем.

Они все поднялись на лифте и прошли в номер 47. Когда они вошли, Феннер сказал:

— Не пришлось бы утруждать себя, если б с утра были покладистее.

Рейгер промолчал. Он пересек комнату, постучал в дверь и прошел туда. Багси шел следом за Феннером.

Карлос лежал на кушетке у большого открытого окна. Он был в шелковом халате кремового цвета в крупный красный цветок. На шее – аккуратно завязанный белый шелковый платок, босые ноги – в красных турецких туфлях.

Он курил сигарету с марихуаной, на смуглом волосатом запястье висел золотой браслет.

Карлос был молод. Может, лет двадцать, самое большее – двадцать четыре. Лицо цвета старого пергамента, губы очень красные. Тонкие губы, тонкие, как бумага, и красные, словно обагренные кровью. Нос у него был маленький, с очень широкими ноздрями, уши плотно прижаты к голове. Глаза – большие, с темными загнутыми ресницами, начисто лишенные выражения, как тусклые куски черного стекла. Волосы – черные, блестящие, немного волнистые – он гладко зачесывал назад. С первого взгляда можно было решить, что Карлос довольно хорош собой, но стоило только приглядеться к его рту и ушам без мочек – и впечатление менялось. А глаза его не оставляли ни малейшего сомнения в том, что их обладатель отличается злобным нравом.

Рейгер сказал:

— Это Росс.

И они с Багси вышли.

Феннер кивнул Карлосу и сел – подальше от тошнотворного дыма сигареты.

Карлос посмотрел на него пустыми глазами.

— Что, вообще, за дела? – спросил он хриплым неприятным голосом.

— Я приходил утром, но ваши парни сказали, что вы заняты, или что-то в этом роде. Я к такому обращению не привык и убрался к себе. Не уверен, что хочу говорить с вами сейчас.

Нога Карлоса сползла на пол.

— Я человек осторожный, иначе нельзя. Когда я услышал, что вы заходили, тут же связался с Кротти. Хотел сначала разузнать о вас – это разумно, правда?

Феннер сощурился:

— Верно.

— Кротти сказал, что вы ничего.

Феннер пожал плечами:

— И что?

— Вы можете мне пригодиться. Но придется доказать, что вы мне подходите.

— Дайте мне немного освоиться. Может, вы не в моем вкусе.

Карлос улыбнулся, и совсем невесело:

— Самоуверенный. В принципе, это неплохо.

Феннер встал:

— Да уж. Так что, куда идем?