Книга Детективы с кладбища на 13-й Аллее, страница 116 – Арабелла Грим

Их бодрость больше походила на браваду. Все улыбались той неуверенной улыбкой людей, которые уже начинают жалеть, что вообще сюда пришли.

Лишь Папа Но отсутствовал. Он прислал в чат короткое сообщение: «Слишком устал. Ночь любви. Я труп».

Элоиза раздала девушкам секаторы, а лопату вручила Саше, и они набросились на заросли с энтузиазмом начинающих скаутов. Однако запал быстро угас. Никто не догадался взять садовые перчатки, а природа, в свою очередь, не разучилась больно кусаться. Ежевичные плети оборонялись слаженно и яростно, словно организованная банда: цеплялись за рукава, царапали запястья, впивались в пальцы. По кладбищу разносились болезненные вскрики и приглушенные ругательства. Тонкие шерстяные варежки одна за другой капитулировали перед колючими ветками.

— Ну нельзя же быть такими неумехами! – проворчал за их спинами знакомый голос.

Все дружно подпрыгнули и резко обернулись. В их взглядах смешались испуг, смущение… и искренняя радость от встречи.

Арман выглядел так, словно сошел со страниц английского романа пятидесятых годов: идеально отглаженный вельветовый костюм, длинное пальто песочного цвета, небрежно наброшенное на плечи, безупречные кожаные перчатки.

Он наблюдал за ними с легкой насмешкой, едва заметно улыбаясь.

Все невольно затаили дыхание, будто одно неосторожное слово могло спугнуть величественного оленя. Оленя, которого они имели дерзость заподозрить в убийстве.

Не говоря ни слова, Арман подошел, забрал секатор у Марии – слишком счастливой его видеть, чтобы возражать, – и принялся обрезать колючие заросли с почти хирургической точностью.

Каждое движение было выверенным, изящным, можно сказать, хореографическим.

Не прошло и десяти минут, как могила была полностью очищена. Затем он взял лопату, опустился на колени и начал по одному извлекать корни из земли с такой тщательностью, что это уже выглядело слегка подозрительно.

— Эти мерзавцы только и ждут удобного случая, чтобы снова разрастись, – спокойно заметил он. – За землей придется ухаживать постоянно.

— Спасибо, – ответила Элоиза голосом, в котором извинения слышались куда отчетливее благодарности.

Арман кивнул – словно принимая ее раскаяние.

Почувствовав облегчение, она рассказала ему историю Огюста и вороны, одновременно убирая с могилы драгоценные трофеи, собранные птицей. К ее удивлению, Арман несколько раз моргнул. На его лице на миг промелькнуло искреннее, почти детское волнение, но он тут же отвел взгляд и принялся сосредоточенно разрыхлять землю.

Неужели его задели несправедливые подозрения? Или внутри жила такая глубокая боль, что даже простая история о дружбе человека и птицы отзывалась в сердце?

— Мы должны вернуть украденные вещи родственникам, – продолжила Элоиза, – но оставлять могилу совсем пустой не хотелось бы. Поэтому… мы решили подарить ему что-нибудь свое. Что-нибудь золотое.

Она повесила на скромное надгробие кулон Лены. Один за другим все остальные последовали ее примеру. Мария сняла с общей кучи найденных сокровищ свой браслет с подвесками и положила его на гранитную плиту. Андреа поставила рядом с фотографией крошечного Будду. Саша пожертвовал брелок с надписью Viva Italia. Романа оставила пустую пудреницу, украшенную узором в стиле ар-деко. Наконец Элоиза положила маленькую изящную чайную ложечку, до сих пор хранившуюся в сахарнице – память об Арабелле. Дар был одновременно скромным и бесценным. Совсем как сам Огюст.