Книга Детективы с кладбища на 13-й Аллее, страница 74 – Арабелла Грим

И вдруг ее осенило.

Ну конечно!

Не случайно это выражение показалось ей знакомым – оно было частью бабушкиной считалки! Воодушевленная открытием, Элоиза тихонько запела. Обрывки песенки кружились у нее в голове, словно недостающие слова готовы были вот-вот выплыть из тумана памяти.

Но стоило ей перейти к следующему куплету, как она заметила фигуру, неподвижно стоявшую у кладбищенских ворот.

Руки скрещены на груди, взгляд мрачный. Бетти. Рыжеволосая девушка явно поджидала ее: подбородок чуть приподнят, как у боксера перед выходом на ринг.

— Что ты здесь делаешь? – спросила Элоиза, стараясь говорить спокойно и равнодушно, хотя внутри уже завязывался тяжелый узел тревоги.

— Ты прекрасно знаешь, – резко ответила Бетти. – Не держи меня за идиотку.

Элоиза остановилась. Она сразу почувствовала: разговор будет неприятным.

— Это ты вчера рылась в цветочнице? – спросила она чуть резче, чем собиралась.

— Нет. И я не воровала ничего на кладбище. И Маму Но не убивала, хотя, судя по всему, ты считаешь меня виноватой во всех смертных грехах!

Голос Бетти стал громче, но сама она не шелохнулась: стояла прямо, смотрела в глаза, готовая либо защищаться, либо нападать.

Элоиза растерялась. Она всегда представляла, что однажды соберет достаточно доказательств и сама устроит Бетти настоящий допрос. Но сейчас, столкнувшись с ее яростью лицом к лицу, вдруг почувствовала, как уверенность покидает ее. Она неловко прислонилась к надгробию. Сердце колотилось о ребра, словно молот, а в животе металась целая стая бабочек. Только на этот раз причина была совсем не романтической.

Она боялась.

И как это часто бывает, организм не видел разницы. Адреналин снова изгнал кровь из желудка – точно так же, как на крутых американских горках.

— Я очень хочу тебе поверить, – неуверенно произнесла она. – Но разграбления начались примерно тогда же, когда ты появилась на этом кладбище.

— Я появилась здесь потому, что мой любимый умер! – взорвалась Бетти. – Умер, понимаешь?!

Ее голос разорвал тишину. С кипариса вспорхнула стая ворон, шумно захлопав крыльями над их головами.

— Это только с твоих слов. Я даже не знаю, где находится его могила…

— То есть ты считаешь, что я какая-то патологическая лгунья, которая ради развлечения выдумала себе траур?

— Ради развлечения – нет. Но чтобы создать себе алиби.

Бетти широко распахнула глаза, словно ей только что плюнули в лицо.

— Алиби от чего, черт возьми? Ты серьезно думаешь, что я целыми днями роюсь в склепах в поисках старых побрякушек? Правда? Меня это все пугает до дрожи, вот что! Вы тут готовы умиляться ржавым распятиям и потускневшим камеям… А меня от этого воротит.

— И все же ты постоянно здесь. Ты не работаешь. Денег у тебя, похоже, немного. На что-то ведь нужно жить.

— У меня есть сбережения, – уклончиво ответила Бетти.

— А Элиз?

Бетти отвела взгляд. Слишком поздно. Элоиза успела заметить какую-то эмоцию в ее глазах. Удивление? Боль? Или чувство вины?

— Что – Элиз?

— Я видела тебя в ночь ее смерти.

— Совпадение. И ничего больше.

— Ну да, конечно! Ты хочешь, чтобы я поверила, будто ты оказалась там случайно в тот самый вечер, когда одна пожилая женщина упала с балкона?

Бетти открыла рот. И снова закрыла. Маска ярости дала трещину.

— Ты и правда можешь представить, что я убила старушку из-за ожерелья? – тихо спросила она. В ее голосе звучала уже не обида, а глубокая печаль.