Книга Злодей второго плана, страница 103 – Галина Владимировна Романова

Он усердно разыгрывал непонимание и почти не беспокоился по поводу его депортации из-за границы.

— Я уверен, господа, — на ломаном русском без конца повторял он, — все скоро разрешится. И вам придется принести свои извинения не только мне, но и дипломатическому корпусу страны, гражданином которой я являюсь.

Денис насчитал четыре раза — столько парень повторял эту фразу.

— Позвольте, мы начнем задавать вам вопросы, гражданин Курис? — сделал физиономию непроницаемой Вязов. — При каких обстоятельствах вы познакомились с гражданкой Вороновой?

— Э-ээ, это Анестейша? — акцент не поменялся. — Дочь моих благодетелей?

— Да. Анастасия Воронова — покойная дочь ее покойных родителей, чье состояние вы унаследовали. Повторяю вопрос: при каких обстоятельствах вы познакомились?

— Мы были знакомы лишь по интернету. Вели бизнес. Она переписала его на меня, когда жених сделал ей предложение. Но была со мной в доле.

— Что это за причина? Ей делают предложение, и она решает избавиться от бизнеса, который даже не успела начать? — изумился Вязов.

— Ее жених, кажется, был полисмен. А в вашей стране это моветон, так?

Последовала широкая белозубая улыбка. К слову, прежде Иванов так не улыбался. Да и зубов таких у него не было. Неужели все же они ошиблись и это настоящий Курис? А Иванов где-то еще? Скрывается. Денис почувствовал волнение, схожее с раздражением.

Нет, ну а как же тогда отпечатки пальцев? Их удалось заполучить у этого парня. И они точь-в-точь совпали с теми, что были оставлены предполагаемым убийцей несколько лет назад в далекой глубинке. С теми, что были на купюрах, данных Денису в долг. И на деньгах в спортивной сумке ими было все заляпано.

— Допустим. И вы общались с Вороновой только по скайпу?

— Да. И прилетал в страну только на ее похороны.

— А она от вашего имени затевала проект с покупкой домов в поселке?.. — Вязов назвал поселок, где сейчас служил Денис. — И от вашего имени обещала людям, что выкупит их старые дома по достойной цене?

— Видимо, да. Я не мог знать, что и кому она обещала. Анестейша была в России моим доверенным лицом. И делала что хотела. — Он наконец-то поменял позу, уронив ногу с колена и слегка налегая грудью на стол, разделяющий его и Вязова. — У нас было полное доверие. Ее родители любили меня. И я… Теперь это неважно.

— Вы были знакомы с ее братом — Максимом Вороновым?

— Только на фото, — пощелкал в воздухе пальцами Курис. — Он был плохим. Он убил сестру. Его родители не простили его.

— И тут очень вовремя подвернулись вы, чтобы унаследовать довольно приличное состояние, — проворчал Вязов.

— Это к делу не относится, товарищ подполковник, — скрипучим голосом нехотя обронил Ступенков.

— Вам знаком Владимир Иванов? — задал очередной вопрос Вязов.

— Владимир?.. — Курис, якобы Курис, наморщил лоб. — Может быть, может быть… А что с ним?

— Когда вы в последний раз его видели?

«В зеркале, мать его!» — рвались у Дениса слова.

— Если я не помню, кто он, как я могу знать…

— Вы не можете его не помнить, господин Курис, — перебил его Илья. И затеребил бумаги в папке. — Из показаний соседей семьи Сушенковых, вы приезжали к ним вместе со своей матерью и Ивановым. Он был очень похож на вас. Буквально одно лицо. Кто-то даже заподозрил ваше родство. Сами Сушенковы — ваши родственники — распространяли слухи, что Иванов был незаконнорожденным сыном вашего отца. Вы не можете его не помнить, Курис!