Книга Злодей второго плана, страница 28 – Галина Владимировна Романова

Прочитав, Дэн скомкал листок в клетку и швырнул в пепельницу поверх конверта. Покрутил головой. Нашел взглядом в мангальной зоне зажигалку. Встал и пошел за ней. Через несколько секунд послание Макса превратилось в пепел вместе с конвертом.

— Что скажете? — Ступенков сидел не двигаясь. — Вам есть что сказать?

Денис жестом указал ему на выход и произнес всего одно слово:

— Неинтересно…

Две следующие недели — ровно четырнадцать дней — были самыми невыносимыми по накалу его раздражения. Не считая жизни в следственном изоляторе, конечно. Имелась в виду нормальная жизнь — на свободе. И вот в эти четырнадцать дней с ним происходило нечто дурацкое, неподвластное его пониманию. Он сам себе напоминал барана, которого ведут на заклание, а тот послушно переступает копытами и грустно смотрит на мир, готовый вот-вот исчезнуть.

Все вокруг вдруг начали решать за него, будто он их уполномочивал. Он рта не раскрыл, а все уже постановили, что он согласен. А ничего подобного не было! Он никому не давал никакого согласия. Даже толком не говорил ни с кем, если не считать разговора с бывшим шефом. Но тот разговор не занял и минуты. И краткие слова бывшего начальника не несли в себе никакой информации о дальнейшей судьбе Дениса. Ничего подобного не было!

А приказ о его назначении участковым, оказывается, уже был подписан.

— Мне сказали, что вы согласны с вашим назначением, капитан. Или это не так? — глянул на него поверх очков начальник областного УВД сегодняшним утром.

Взгляд был скверным по своей красноречивости. Полковник, не произнеся ни слова, ясно давал понять, что все предыдущие заслуги Дениса сведены на нет. И выпендриваться тут перед руководством и возражать — неблагодарное занятие.

Капитан Лаврентьев год находился под следствием по подозрению в убийстве. Это известно всем. Даже рядовым обывателям. Интернет пестрел заголовками. Позже подозрения с капитана были сняты, да, но подмоченная репутация никуда не денется. Она всегда будет тянуться за ним шлейфом. И противный шепоток, что дыма без огня не бывает, будет еще очень долго звучать за его спиной.

Эти невысказанные слова Лаврентьев угадал по кривой ухмылке полковника. И благоразумно проглотил свои возражения. И приказ о назначении участковым был ему торжественно вручен. Приступить к исполнению он должен был чем быстрее, тем лучше.

— Форма есть? — спросил полковник.

— Так точно.

— Погоны у тебя пока те же, — последовала еще одна кривая ухмылка начальника.

Это он так намекал на то, что Дениса пока не разжаловали, лишив звания. Пусть радуется…

— Так что приступай. И если какие трудности, обращайся, капитан. Всегда поможем.

Денис подозревал, что полковник о нем забыл, стоило двери за ним закрыться.

В поселок он возвращался в крайне отвратительном настроении. И его пугала не столько сама служба в участковых, сколько возложенные на него ожидания. Та же Светлана Семеновна ждала прорыва в расследовании смерти его предшественника. И неоднократно при встречах об этом напоминала. А встречи эти случались регулярно. Носова словно караулила его, появляясь рядом с ним в самых неожиданных местах. То в магазине у прилавка, то на берегу реки, то просто по улице шла навстречу. И сразу, осторожно улыбаясь, принималась за расспросы.