Книга Злодей второго плана, страница 70 – Галина Владимировна Романова

Аркадий сидел в кресле жены, вполголоса жаловался ей и тихонько напивался, сочувствуя себе до слез.

На третий день он позвонил в похоронное бюро, которое когда-то занималось похоронами Анастасии Вороновой. И которое совершенно точно, Аркаша узнавал, занималось погребением Максима Воронова.

Ступенков позвонил туда и, понизив голос до трагических октав, напросился на встречу.

— Дело касается моего подзащитного, — пояснил он туманно, отвечая на тревожные вопросы директора бюро. — Все при встрече…

Встречу он назначил в ресторане напротив похоронного бюро, потому что директор пытался соскочить, ссылаясь на страшную занятость. Но желание вкусно поесть на халяву, видимо, все же перевесило все доводы осторожности, и директор согласился.

Ресторанчик был небольшим, но славился хорошей кухней и довольно демократичными ценами. Пока Ступенков ожидал ритуальщика, он сделал заказ. И ему успели его принести, пока директор бюро собирался с духом, чтобы перейти дорогу.

— Аркадий Сергеевич? — поинтересовался невысокий худощавый мужчина в темно-синем костюме.

Он встал в метре от столика, который занимал Ступенков. Опущенные руки сцепил в замок, печально глядел исподлобья. Профессиональная привычка, надо полагать.

— Присаживайтесь, прошу вас, — пригласил его за столик Аркадий.

Тот осторожно, словно перемещался по болоту, шагнул, сел напротив. От обеда отказался категорически.

— Я не голоден, Аркадий Сергеевич, — скупо улыбнулся директор. — Так что вы хотели?

— Иван Иванович, — обратился к нему со сдержанной улыбкой Ступенков. — Меня интересует, кто занимался похоронами Анастасии Вороновой и ее брата Максима?

— Почему вас это интересует?

— Максим Воронов был моим подзащитным. Он не дожил до суда, покончил с собой. Я точно знаю, что их родители давно живут за границей и…

— Жили, — тихим голосом перебил его Иван Иванович.

— Они вернулись в страну? — удивленно вскинул брови Ступенков.

— Насколько мне известно, нет. Но они… Они умерли. Разве нет?

Директор бюро покосился на большой кусок жареной говядины в тарелке Ступенкова и вдруг запросил меню.

— Я ведь могу себе что-то заказать? — посмотрел он на адвоката со значением.

— Разумеется, я угощаю! — воскликнул Аркадий Сергеевич. — Все, что пожелаете.

Иван Иванович пожелал такой же точно кусок говядины с тушеными овощами. И коньяка. Мысленно подсчитав окончательный счет за обед, Аркадий успокоился. Он в бюджете.

После первой рюмки лицо Ивана Ивановича зарозовело, и он заметно расслабился.

— Дочь они прилетали хоронить сами, — откровенничал он. — Довольно уставшая пара, скажу я вам.

— Уставшая?

— Ну, такая, знаете, пара, словно побитая жизнью. Старо выглядели. Держали друг друга за руки все время. В сторону сына, который оставался далеко в стороне и вел себя довольно суетливо и неподобающе ситуации, они почти не смотрели. Рядом с ними все время находился молодой человек. Он будто бы прилетел вместе с ними. Поддерживал их.

— Как они его называли?

— Не могу знать, — развел руками Иван Иванович. — Я не слышал. Внешне — весьма респектабельный. Высокий, привлекательной внешности. Черноволосый, черноглазый. Говорил с акцентом. Я понял, что он родом оттуда, где проживала пожилая пара Вороновых. Это все по погребению их дочери. Подчеркну особо: они не скупились. Все обошлось им довольно дорого.