Книга Мой наглый босс. Ты мне еще заплатишь, страница 14 – Марина Латрина

У меня на Садовой, когда он приезжает в три часа ночи без предупреждения и говорит, что «проезжал мимо». Садовая не по пути ни к одному из его клубов. Я проверяла.

Один раз в гримёрке, когда все девочки ушли, а я задержалась, чтобы зашить костюм. Костюм я так и не зашила.

После каждого раза я ухожу первая. Или выставляю его первая.

Так проще.

Так никто не успевает привыкнуть.

* * *

— Это что у вас такое? — спрашивает Дина, когда мы сидим в кафе через три недели.

— Ничего, — говорю я.

— Лика.

— Ничего серьёзного, — поправляюсь я. — Взрослые люди. Взаимная выгода. Без обязательств.

— Серёжа говорит, Тимур отменил поездку в Дубай.

— И?

— И перестал ходить на эти свои вечеринки. И не уезжает с корпоративов с певицами. И, по словам Серёжи, вчера спросил его, какие цветы любят девушки, которые не любят цветы.

Я давлюсь капучино.

— Это не про меня.

— Конечно, — соглашается Дина тоном, которым соглашаются с маленькими детьми. — Конечно не про тебя.

Я смотрю в окно.

Дело в том, что я его жду.

Это пугает меня больше всего.

Короткое «Не спишь?» в три часа ночи — и сердце подпрыгивает, как у школьницы.

Его взгляд из тонированного окна на втором этаже. Теперь я знаю, что он смотрит. Всегда.

И тот момент, когда он, уходя, оборачивается в дверях и говорит: «Пока, Лика». Просто «пока». Но как-то так, что мне потом весь день хочется улыбаться.

А я ведь давно решила, что больше никогда никого ждать не буду.

Однажды я уже ждала.

Ничем хорошим это не кончилось.

* * *

В пятницу я прихожу в клуб пораньше.

Через служебный вход, разумеется. Я теперь вообще образец дисциплины. Шкафы-охранники при встрече со мной даже здороваются.

Тимур написал утром: «Сегодня после закрытия. Не сбегай».

Я улыбаюсь, глядя на экран.

Иду мимо бара, чтобы взять у Гены воды.

И слышу у стойки звонкий женский голос.

— Молодой человек, мне нужен Тимур Фролов.

Я машинально поворачиваю голову.

У бара стоит блондинка. Эффектная. Тонкая, как статуэтка. Платиновое каре, белое платье, бриллианты в ушах размером с горошину. Такие девушки не стоят в очередях. Перед такими очереди расступаются сами.

— Тимура Альбертовича сейчас нет, — вежливо отвечает Гена. — А вы по какому вопросу?

Блондинка улыбается.

Широко. Уверенно. Как человек, который имеет на это полное право.

— По личному, — говорит она. — Передайте ему, что приходила Карина. Его невеста.

Стакан с водой выскальзывает у меня из рук.

Разбивается о пол.

Холодные брызги летят мне на ноги.

А я даже не чувствую.