Книга Не закрывай глаза, страница 18 – Гексаниэль

— Алексина?

— Да? — от неожиданности она повернулась к нему слишком резко.

— Ты не жалеешь, что вышла за меня?

Вот и что ему сказать? Правда звучала слишком сумбурно, не до конца понятно даже самой Алексине, но... другой все равно не было.

— Я... жалею, что отец проигрался, — начала она, осторожно подбирая слова, чтобы не обидеть мужа. — Что он не посоветовался с нами, прежде чем садиться за стол в первый раз, а в итоге продал меня — последнюю ценность, которая у него осталась. Что все случилось так быстро... и так... неправильно, что у нас было так мало времени перед церемонией, что сейчас я не влюблена, да и вообще знаю о тебе меньше, чем могла бы... но я рада, что моим мужем стал именно ты.

— Вот как, — Рик сглотнул и протер пальцами глаза. Но все же справился с собой: — Знаешь, я тоже немного жалею, что все так. Какая-то часть меня хотела бы встретить тебя в мои двадцать пять... правда, другая часть тут же рвется надавать затрещин этому идиоту.

Алексина рассмеялась, Рик улыбнулся в ответ:

— Что? Я был молод, совершал и говорил глупости, за которые мне теперешнему стыдно. И если бы тогда я встретил тебя, сейчас не было бы Элвина.

— Вряд ли ты бы вообще на мне женился: очередь из невест для молодого богатого наследника выстроилась бы до самого Пепельного перевала, — фыркнула она. — Очередная бесприданница, пусть и одаренная магией, навряд ли заинтересовала бы того Эмерика Рейбаха... разве что на пару танцев.

— Верно. Потому что... Когда ты в первый раз спросила, почему все-таки именно ты, я не все сказал. У меня была еще одна причина, просто в тот раз прозвучала бы так, будто я... не знаю, набиваю себе цену? Дело в том, что мне стало вас жаль.

Он помолчал немного, отведя глаза. Алексина молчала, даже дышать старалась как можно тише, и он продолжил:

— Я видел в жизни многое, и таких людей, как твои родители, повидал... Они не плохие, нет; никому не делают зла, а это уже немало, но они слабые. Им кажется, что если зажмуриться и накрыться одеялом, гроза за окном прекратится, долги исчезнут сами собой, и не надо будет ничего решать, — Алексина невольно усмехнулась: сложно было не согласиться. Рик между тем говорил дальше, не глядя на нее: — Увы, таких чудес не бывает. Я знаю про чудеса другого рода — когда человек, вдруг попавший в беду, не озлобляется и не ломается, а становится сильнее прежнего — но я видел твоих родителей... они бы не смогли так, прости за прямоту. Ты смогла бы, но ухаживать за несчастной сломленной матерью, работать, не покладая рук, где придется, и ждать, когда отец выйдет из долговой тюрьмы — не лучшая участь для молодой леди. Я подумал: раз мне все равно хочется жениться на молодой леди, почему не на тебе? Остальное ты знаешь...

"...но будь я на двадцать лет моложе — я бы, конечно, так не думал. И спасать вас просто потому, что мне нетрудно, не стал бы", — повисло в воздухе, хотя Рик ничего такого не говорил и наверняка не собирался.

Алексина встала, подошла к нему, взяла его руки в свои.

— Я рада, что моим мужем стал именно ты, — повторила она и уточнила: — Не другой мужчина и не тот дурень, который носил твое имя двадцать лет назад. Мне нравится тот Эмерик, который сидит передо мной.

Он наконец-то взглянул на нее и улыбнулся: