Книга Не закрывай глаза, страница 9 – Гексаниэль

— Как мне к вам обращаться?

Маркиз, казалось, даже слегка опешил. Отпустил ее руку, переспросил, будто не веря, что не ослышался:

— Что, прости?

— Ну, мы же супруги, — нервно хихикнула Алексина. — Или в постели мы тоже будем друг к другу на "Ваша светлость"?

— Рик, — он скупо улыбнулся. — Можешь звать меня Риком, когда мы одни.

— Рик. Хорошо, — Алексина прерывисто выдохнула и снова отвела взгляд: — Можно мне все-таки выпить?

— Нет, — маркиз... то есть Рик встал, взял со стола тарелку с сыром и передал ей. — Если хочешь успокоиться, лучше поешь.

Очень захотелось спихнуть тарелку на пол — как в детстве, когда третий день подряд приходилось есть овсянку на воде, чтобы хватило денег на новое платье к празднику. Но Рик был ее мужем, а не матушкой, и вряд ли он стерпел бы капризы. К тому же, Алексина с самого утра ничего не ела и была по-настоящему голодна, а сыр пах... ну, не противно. И на вкус был суховатым и слишком соленым, но ничего, есть можно... она сама не заметила, как слопала его весь.

— Извини... Надеюсь, ты его не очень хотел, — смущенно усмехнулась она, отставляя тарелку.

— На кухне есть еще, и не только сыр. Кроме того, я не голоден.

— А в следующий раз... например, завтра, когда мы будем есть вместе... я должна буду оставить тебе?

— Мы не голодаем, Алексина, — отрезал маркиз. Но тут же смягчился: — Извини. Не при всех, но... возможно.

Возможно? Но Рик же был женат... с другой стороны, может, его жена слишком любила вкусно поесть? Или просто не любила делиться? Алексина только сейчас сообразила, что не видела ни одного ее портрета, и слуги маркиза о ней не заговаривали...

— А твоя жена?..

— Умерла. Давно. И в нашей с тобой жизни, особенно в спальне, я не хочу ее вспоминать.

Он не хотел с ней разговаривать, да и без ее заботы, похоже, вполне обходился! Отлично, просто отлично! Алексина вскочила, прошлась по комнате... и рухнула на колени, слишком резко развернувшись и запутавшись в длинном подоле; к счастью, она успела выбросить руки перед собой и не расквасить нос. Было немного больно и ужасно, до слез обидно! Как она сможет стать ему хорошей женой, если никто, никто ей не помогает?! Даже Рик, хотя ему вроде больше всех было надо!

— Да какого демона! — выкрикнула она сквозь рыдания, не поднимая головы от блестящих и таких скользких досок. — Я просто пытаюсь понять, что мне делать! Никто не учил меня быть женой, понимаешь ты это?! Но я хочу научиться, правда хочу, а ты... только и знаешь, что обрывать на полуслове!

На этот раз Рик ее не прервал. Молча и очень тихо подошел, набросил на Алексину одеяло, сгреб в охапку и прямо так отнес на кровать. И держал в объятиях, слегка укачивая, пока она не перестала всхлипывать.

— Ты правда хочешь быть моей женой?

— Я хочу попробовать, — тихо призналась она, уткнувшись ему в грудь. — То есть... глупо быть мужем и женой и жить как незнакомцы, правда? Может, у нас ничего и не получится, но я... я, по крайней мере, буду сама перед собой спокойна.

— А чего еще ты хочешь?

Алексина прислушалась к себе — спать не хотелось, крушить и лезть на стены тоже. Но...

— Давай посидим еще немного? Пожалуйста...

Вместо ответа Рик просто погладил ее по голове.

Хорошо, что он успел снять камзол. Через тонкую рубашку Алексина чувствовала его тепло и запах, и это было приятно: от него не пахло резкими духами, которые так любили молодые франты и от которых у Алексины отчаянно свербило в носу. Только хорошим эфирным мылом, здоровым телом — теплый крепкий запах, непохожий ни на один из запахов болезни или дурной привычки. Еще немного пахло потом — а попробуй-ка не вспотей после нескольких часов в душном зале, когда даже воротник расстегнуть нельзя! Но это все еще был хороший запах, правильный... Алексина зажмурилась крепче, вдохнула.