Книга Причём здесь любовь, страница 19 – Сара Лис

— Да отдай уже! Чего ищешь?

— Ты не в адеквате. Всю ночь бухала, что ли? — она сняла очки, вскинула бровь — иронично, удивлённо.

Я специально перевёл разговор в «алкоголь». Пусть так. Пусть я буду выглядеть занудой, чем тычок носом в её личную жизнь. На алкоголь можно списать её усталость и вид. О другом я не хотел даже думать.

Булка фыркнула, выхватила вейп. Глаза…

Много раз, на утро, я видел похожий взгляд у других девушек. Но не у Ленки. Нутро скрутило в узел.

Ладно, Витёк. Не твоё дело.

Речь, координация в норме, перегара нет. Значит, за руль можно, лишь бы не уснула. И всё равно тянул время, не зная, что сказать. Лучше про клуб, чем «ты была с ним?».

Приехала домой поздно и подверглась маминому допросу. Поболтав, я попросила помочь выбрать мне наряд на завтра — практичный и стильный. Хотелось быть красивой для Жени.

— Ты опять на свидание собралась?

— Мам, мы с ним почти каждый день в автобусе ездим.

— Ах, вот в чём дело! Пошли, сердцеедка.

Мама была счастлива меня наряжать и вытряхнуть из джинсо-кроссовочной униформы. Со всей страстью она стала делать из меня принцессу. Вообще-то я всегда была одета хорошо, просто практично, без рюшей и каблуков.

Мама мне подготовила ещё более провокационный наряд, чем ранее.

— Мама, какую цель ты преследуешь, признайся? Где юбка? Где практичность?

— Я реализую свои идеи, и, коли ты дала добро, то терпи. Юбки не будет. Рубашка длинная, оверсайз будет до середины бедра. Вот так… Чуть выше… — в её голосе звучало озорство. — Чтобы у парня давление подскочило. Как у курсанта на осмотре. — прикладывая ко мне пуловер озвучила она. — Практично ты уже одевалась. Толку ноль. Какая цель у твоей матери? Сплавить какому нибудь бедолаге, пусть в него потом голова болит. — посмеиваясь перебирала она одежду.

Мне выдали папину белую рубашку, которая, и правда оказалась мне до середины бедра. Она пахла свежестью и еле уловимым запахом кожи и сандала — папиным любимым одеколоном и окунала меня в детство. Поверх неё мне выдали пуловер песочного цвета, длиной немногим короче рубашки, чёрные чулки, чёрные высокие сапоги и плащ песочного цвета, вручили чёрную сумку.

Мама прохладными пальцами порхала, красиво подворачивая рукава, поправила складки понизу. Отошла и взглянула на проделанную работу.

— Очень симпатично и провокационно. Думаю, не замерзнешь.

— Мама, откуда такие познания? — я не переставала поражаться.

— Дочь, ты думаешь, что я старая и ничего дальше кухни меня не интересует, а между тем я ещё у вас молодая, общаюсь, как и ты, с подругами, хожу в модные места и интересуюсь модой. Мы с твоим отцом ещё молодые! Когда тебе будет как мне, вспомнишь мои слова и поймёшь.

— Мама, ты прелесть и совсем молодая у нас! А ты с отцом говорила о нашем разговоре?

— Спасибо, подлиза... Говорила, и он не в восторге. Ему нужно время. Иди спать, Алёнушка.

Я ушла в комнату, позвонила Жене, но он не ответил, и я легла спать. Ночью пришло сообщение от него, но прочитала я его уже утром:

Евгений: «Лисичка, ты хоть представляешь, как я злился, что не услышал звонка?

Прости. Придётся завтра целовать тебя вдвое дольше в отместку.»

Утро наступило, как всегда, слишком быстро. Всё по таймингу: неслась на остановку счастливой боеголовкой. Женя уже ждал, улыбался своими озёрами.