Онлайн книга «Соседи. Книга 1»
|
Между прочим, на часах почти полчетвертого, а мотоцикла так и нет! Вот куда он запропастился? Вот где?! Еще и в такую погоду! Последний раз они виделись во вторник вечером после занятий в школе. Эти встречи даже не согласовываются: Уля слышит затихающий рев мотора, а когда выходит, он докуривает у «Ямахи», как будто всю жизнь у них только так. Опять – коленями плотно, руками крепко, пять минут в состоянии, близком к забытью. Вчера – глухая тишина и лихорадочный хоровод мыслей. — В книжном, – разуваясь в прихожей, сдержанно ответила Уля. Сейчас она раскроет на балконе мокрый зонтик, а сама уютно устроится на кровати и начнет штудировать добытую литературу. Видеоуроки видеоуроками, но более глубокое погружение в вопрос может обеспечить только книга. Или человек, который вопросом горит. Человек смылся. С другой стороны, может, это и хорошо, что смылся, потому что Уля, ощущая в себе необоримое, бесконтрольное желание видеться еще чаще и общаться еще больше, начала ассоциировать себя с мотыльком, летящим на огонек свечи. Чем заканчивается «дружба пламени с мотыльком»[75], все знают. А так – вот, теперь у нее есть книги, справится как-нибудь сама, без человека. Кошмар. Голова все, все понимает! Но вакханалии в грудной клетке это понимание не отменяет, протрезветь не помогает и участи ее незавидной никоим образом не облегчает. Вот где его носит? Она чувствует, что уже соскучилась! Всего двое суток прошло… Целых двое суток! «Господи…» — До вечера книжный подождать не мог? – сложила руки на груди мать. – Ульяна, ты можешь мне объяснить, что с тобой происходит? Ты сама на себя последнее время не похожа. Я не помню такого безответственного отношения к жизни. «Мама, я себе объяснить не могу, что ты от меня хочешь?» — Ничего не происходит. Образовалась пара свободных часов, вот и все, – пробормотала под нос Уля, проходя в свою комнату. – Решила не терять время. «Сбежать…» — Прям так и образовалась ни с того ни с сего? — Ага. Пораньше с переводом освободилась, – стараясь придать голосу беспечности и уверенности, откликнулась она. – Это же удаленка, мам. – «Никто тебя не видит». – Сделал дело и свободен. Вранье! Там еще страниц десять плотного текста. Десять страниц очень увлекательной во всех смыслах истории про транзисторы. Сдавать завтра. — Смотри у меня, – предупреждающе бросила мать в уже прикрытую дверь. Лгать ей всегда тяжело – морально. «Да пропади оно все пропадом!» Уля упала на кровать, поспешно раскрыла рюкзак и начала выгребать из него добычу. Две книги а-ля «Гитара для чайников», одну «Историю музыки», одну рабочую тетрадь, предназначенную для записи табов, один небольшой блокнот, на обложке которого изображен… – давайте угадаем! – гитарный гриф, и кучу всякой мелочи: простые карандаши, мелованную бумагу, кисти из белки, чернила, масло. И брелок в виде гитары. В общем, Ильина, молодец, так держать! Делаешь буквально все для того, чтобы как можно скорее избавиться от лишних мыслей в своей дурной башке, да. Обложилась «помощью» просто со всех сторон. Это и правда не лечится. Никакими аргументами, ничем. Минута молчания по здравому смыслу, объявленная одним ранним июньским утром, затянулась на вечность. И с каждой прошедшей наедине с собой секундой все сильнее тянет к двери напротив, за которой все равно никого нет. В общем… Судя по всему, плачевное состояние хомяка с гифки – это просто пф-ф-ф, цветочки! А весь урожай ягодок, кажется, еще впереди. |