Книга Рабыня, страница 149 – Юлия Белова

Но судьба оказалась жестокой. Торговец, привыкший лично контролировать свои дела, часто отправлялся в дальние странствия. Жена неизменно сопровождала его. В один из таких рейсов их корабль попал в бурю и пошёл ко дну. Никто не выжил.

Астория осталась с дедушкой — в тот раз она не смогла отправиться в путешествие из‑за простуды. Теперь она была сиротой.

Анаташ назначил своим наследником племянника — сына покойной сестры. Именно этот юноша сейчас был среди тренирующихся внизу, один из тех, кто готовился к Турниру.

— Ваш племянник довольно искусный воин. Наверное, в этом он похож на дядю, — раздался за спиной советника мягкий женский голос.

Анаташ усмехнулся, не оборачиваясь.

— Отнюдь. Я совершенно никудышен в этом деле. Мой удел — книги. А вот этим, как ни странно, увлекается моя внучка.

Взгляд айшира неспешно скользнул к черноволосой девочке, поглощённой чтением. Астория держала книгу так бережно, словно это было хрупкое сокровище, а глаза её бегали по строкам с жадным любопытством. Анна невольно залюбовалась ею: в этих тонких чертах, в живой искре взгляда уже угадывалась будущая красота — та, что не криклива, но цепляет сердце тихим сиянием. «Когда вырастет, станет настоящей красавицей, — подумала Анна. — И дедушка найдёт ей достойного мужа. Кому‑то очень повезёт».

— Девушка должна иметь не только красоту, — тихо произнесла она вслух.

Айшир Анаташ медленно обернулся. В его глазах вспыхнул живой интерес, смешанный с лёгким удивлением.

— Удивительно слышать такие слова от красивой девушки, — мягко, без тени насмешки, заметил он.

— Красота временна, — ответила Анна, не отрывая взгляда от арены, где воины сходились в тренировочных схватках. — Придёт момент, когда она увянет. А ум останется навечно. Ваша внучка правильно делает, что увлекается науками.

Старик задумчиво кивнул, будто взвешивая её слова на невидимых весах.

— Интересные мысли. А вы…

— О, прошу прощения, — Анна плавно поднялась, склонив голову в лёгком поклоне. — Моё имя Анна. Я — избранная мензина Одаша.

— А, как же, как же. Помню тот невероятный танец, — в глазах айшира заиграли смешинки. — Говорят, мензин просто околдован своей избранной.

— Каждый верит в то, во что хочет верить, — равнодушно пожала плечами Анна.

Айшир вновь обратил взор к арене. Один из воинов только что одержал победу — толпа взорвалась ликующими возгласами. В этот момент на краю трибун появился Одаш. Он замер, наблюдая за схватками с сосредоточенным вниманием. Анна знала: по наставлению Ардэна он запоминал приёмы, чтобы ночью повторить их, отработать до мельчайших деталей.

Пара сражавшихся сменилась. В круг вступил Магнеш. Его противником оказался крепкий мужчина, лет на пять старше мензина. Бой начался — и почти сразу стало ясно: несмотря на явное физическое превосходство, соперник не сможет устоять перед ловкостью и напором Магнеша.

Анна перевела взгляд на Повелителя и Бильшияр. Оба сияли гордостью, следя за сыном. Но вдруг выражение лица старшей наложницы изменилось. Взгляд её стал хищным, острым, как клинок. Прищурившись, она внимательно смотрела куда‑то в сторону, а на губах расцвела ядовитая усмешка. Наклонившись к Джихиньяру, она быстро зашептала ему на ухо. Повелитель выслушал, кивнул и тут же подозвал слугу, отдав короткий приказ.