Книга Скандальная любовь лорда, страница 103 – Вера Ширай

— Ты не представляешь, как ты нас напугал. Когда тебя привезли… матушка…

Александр задумался, вспомнив произошедшее, и казалось, перестал вовсе слушать свою сестру.

— Где она?

— В своей комнате, отдыхает. Ты же знаешь матушку: она уже готова угрожать полиции…

— Нет. Мисс Харлоу. В какую комнату вы разместили её?

На этот раз Кэролайн посмотрела на него так, будто он окончательно потерял рассудок.

— Я не поселила её в доме.

Он взглянул на сестру с удивлением, которое почти сразу сменилось холодным строгим взглядом. Кэролайн ни раз видела, как таким взглядом Александр одаривал провинившихся рабочих или нерадивых баронов, сказавших явную глупость.

Но ей самой этот взгляд прежде никогда не доставался.

— Это наш семейный дом, Александр. Здесь остановилась наша мать — вдовствующая герцогиня. Повсюду слуги, врач приходит каждый день, сиделка, медсестра… полиция почти ежедневно обивает пороги. И если ты не способен подумать о собственной репутации и о нашей семье, подумай хотя бы о ней.

Александр молчал, а Кэролайн, испугавшись, что разочаровала брата, тут же попыталась смягчить ситуацию.

— Я отправила её в экипаже. Слуга проводил мисс Харлоу до самых дверей. А перед этим наш врач осмотрел её: девушка была напугана, но совершенно здорова. И, насколько я знаю, сейчас она ходит на приёмы, играет в спектаклях, танцует и веселится.

Кэролайн не знала, о чём думает брат, но заметила, как изменился его взгляд при мысли о девушке, которая продолжает жить обычной жизнью, пока он сам лежал на грязных кровавых простынях, разрываясь между жизнью и смертью.

— Поэтому, думаю тебе не стоит пока думать о ней, — неуверенно прошептала она.

Сестра надеялась, что сумела отговорить его от очередной глупости. И когда в комнату внесли бронзовую ванну, а камердинер направился к нему помочь встать с кровати, Александр лениво произнёс:

— Ты закончила?

— Нет.

Он вопросительно приподнял одну бровь.

— Я не могла поступить иначе. Ты же знаешь нашу мать?

Эвелин зашла в свою комнату и закрыла за собой дверь. Облокотившись спиной на деревянное полотно, девушка устало закрыла глаза. Она потянулась руками к шее, пытаясь снять длинные нарядные серьги, украшенные камнями и почти касающиеся плеч, но замочки никак не поддавались.

Перед глазами всё ещё стоял зал, в ушах звучала музыка, а ноги гудели от бесконечных танцев. Она так устала быть не собой.

Девушка сняла белые атласные перчатки и бросила их на покрывало кровати. Избавившись от них, принялась возиться с английской застёжкой серёг. Потом расплескав воду по всей тумбочке, Эвелин наполнила таз и начала умываться.

Просто с ума сойти, сколько средств уходило на поддержание образа. Эви, как и богатые северянки Америки, а также знатные дамы Лондона, пользовалась лишь дорогой французской косметикой. Распустив волосы, Эвелин принялась искать расчёску. Пропавший предмет словно сквозь землю провалился.

А вот подозрительный экипаж, остановившийся у задних ворот дома, куда как раз выходили окна её комнаты, тут же привлёк внимание девушки.

Девушка уже нашла расчёску, распутала непослушные пряди, а карета всё так же стояла у калитки.

Эвелин уже собиралась переодеться, задуть свечу и лечь в постель. Но почему-то снова подошла к окну и осторожно выглянула из-за шторы.