Книга Тихие люди, страница 122 – Пол Клив

Проблема в том, что Ребекка его не винит.

Эллен Баркли объявила соседям и санитарам скорой, что сама устроила пожар. Как и почему, объяснять не стала. Ребекка намерена сделать все, чтобы это признание осталось в силе, а Кэмерона Мердока оставили бы в покое. Бедняга и так пережил достаточно.

Она звонит Томпсону. Несмотря на то что напарника отстранили от работы, Ребекке хочется поделиться новостями. Она пока колеблется с оценкой того, стоит ли начальству восстанавливать его в должности. Сегодня Томпсон совершил непоправимую ошибку. Ребекка всегда считала его хорошим полицейским, но теперь склоняется к мысли, что Томпсон – из тех копов, в ком ее страна не нуждается. Можно не сомневаться, ровно так же люди говорят и о ней самой. Томпсон отвечает далеко не с первого гудка. Похоже, Ребекка его разбудила, что ничуть не удивительно: уже третий час ночи.

— Полагаю, хороших новостей у тебя нет? – сонно хрипит Томпсон.

— Кэмерон Мердок только что спалил дотла дом Баркли.

— Боже, зачем ему это?

— А как ты думаешь?

— Ну да. Понятно. Зря я спросил. Кто-нибудь пострадал?

— Никто. Ясно, что это сделал Мердок, но ответственность взяла на себя Эллен Баркли. Видимо, из-за чувства вины за роль своего мужа во всей этой истории. Когда соседи нашли ее, Эллен сидела на газоне перед домом и наблюдала за пляской пламени. По-видимому, жить ей осталось недолго – от силы несколько дней. Какая-то агрессивная форма рака.

— А сын?

— Ночует у родственников.

Ребекка на миг задается вопросом, чем сегодняшние события грозят обернуться для мальчика: оба родителя покинули его в течение нескольких дней – отец отправлен в тюрьму и, вполне вероятно, на долгие годы; мать – навсегда. Ей неизвестно, примут ли родственники ребенка насовсем или он окажется в недрах системы.

Это дело… Куда ни глянь, всюду только людские страдания, умножающие друг друга, а все круги еще далеко не разошлись.

— Что говорит Мердок? – спрашивает Томпсон.

— Понятия не имею. Его не арестовывали.

— Где же он тогда?

— Не знаю.

— Программа слежки в его телефоне что-то дает?

— Нам было приказано отключить ее. Так что нет, я не знаю, где…

— Поезжай к дому Питтмана.

— Что?

— Если он сжег дом Спенсера Баркли, то теперь, вероятно, направляется и к Питтману, – теряя терпение, объясняет Томпсон. – Скорее позвони тем, кому поручено вести наблюдение за домом, и предупреди их.

— Будет сделано.

— Не откладывай, звони прямо сейчас. Нужно поскорее найти Мердока, иначе следующим домом может стать твой или мой. Или чей угодно.

Я считаю, это судьба. Фортуна. Вселенная не может восстановить баланс, но хочет дать мне знать, что сожалеет о случившемся. Итак, рассмотрим два варианта. Первый: Локвуд залег где-то поблизости, дожидаясь моего вероятного появления. Второй: зная о моей слабости к преодолению препятствий в виде чужих заборов, Локвуд следил за мной с того момента, как я уселся за руль соседской машины. Он питал надежды, предполагая, что я отважусь на какую-нибудь глупость, и оказался прав как в надеждах, так и в предположениях. Теперь он покажет кадры, на которых я устраиваю этот пожар, и выдаст его за намеренное уничтожение улик. Покажет и второй пожар. Его он представит как мою месть невинно пострадавшему человеку, имевшему мужество встать и сказать, что растление детей – это плохо.