Книга Пустая ловушка, страница 140 – Джон Данн Макдональд

Он приехал в Хьюстон, купил там подержанную машину, получил водительское и охотничье удостоверения и все какие только возможно удостоверения, подтверждающие личность. Он уничтожил последние оставшиеся у него бумаги, доказывающие существование Ллойда Уэскотта. Поработал он и над голосом — теперь он говорил тише и медленнее. Двигался он тоже медленно, медленно жестикулировал. Он снял меблированную комнату и старательно упражнялся до тех пор, пока не научился рассказывать свою историю спокойно и естественно, используя минимальное количество подробностей, придающих рассказу убедительности. К тому времени, когда он нашел работу в почти первоклассном отеле — там он получил место ночного дежурного за стойкой, — денег у него оставалось меньше двадцати семи тысяч. Приняли его на испытательный срок, тогда же он получил карточку социального страхования. Очень скоро он зарекомендовал себя как хороший работник, начальство было им довольно, и, когда в конце января образовалась вакансия, его перевели на более престижную смену — от двенадцати дня до восьми вечера. Друзей он не заводил, трудился профессионально и усердно. Он все время помнил о новом образе, стараясь как можно убедительнее ему соответствовать. Но особых успехов он за собой не замечал — ему казалось, что он потерял всякую индивидуальность. Ллойд Уэскотт был мертв, муж Изабеллы более не существовал... Кто же оставался? Иногда он вопрошал себя, не сходит ли он с ума, не повредил ли он все-таки мозги, падая тогда с высоты?

В марте он решил действовать.

5 апреля Роберт Роуз открыл внушительный счет в банке Оазис-Спрингс, где его обслужил тот же работник, который когда-то открывал счет на имя Ллойда Уэскотта. Открывая счет, он представил чек, подписанный банком Хьюстона.

— Вы собираетесь жить здесь, мистер Роуз?

— Намерен поискать здесь работу в отеле.

— Не сомневаюсь, что вы найдете ее без особого труда. Оазис-Спрингс теперь стал как Лас-Вегас.

— Да, я слышал об этом.

— А в прошлом месяце открыли сафари. Потрясающе! Подпишите, пожалуйста, вот здесь. И через три дня, мистер Роуз, вы уже сможете выписывать чеки. Благодарим, что обратились к нам.

Он вернулся к машине и проехался по городу. За двадцать два месяца здесь произошло много перемен. Он медленно ехал в сторону отеля «Грин Оазис». Вывеску сменили. Теперь она была огромная, кричащая и вульгарная. Клумбы и лужайки выгорели на солнце, зато появилось немыслимое количество фонарей и светильников — должно быть, по ночам отель походил теперь на гигантский маяк. Он объехал вокруг него трижды, прежде чем собрался с духом.

Управляющего на месте не оказалось, и он больше часа прождал в вестибюле. Клиентура тоже сменилась — теперь это была наглая, напыщенная публика, привыкшая не стесняться ни в чем. В самом здании тоже чувствовался упадок — ковровые покрытия в вестибюле явно требовали обновления, снабжением, похоже, никто всерьез не занимался. Среди служащих он заметил несколько знакомых лиц — старший коридорный, две кассирши, портье за стойкой и лифтер. Вялость и безразличие обслуживающего персонала бросались в глаза. Вообще отель пребывал в полном запустении, и, чтобы восстановить его в прежнем виде, потребовалось бы много месяцев неустанной, усердной работы. Правда, на восстановление репутации ушло бы гораздо больше времени, а возможно, ее не удалось бы возродить никогда.