Книга Киллер в отставке копает грядки, страница 133 – Наоми Каттнер

— Глубина тут метров двадцать, – крикнул Бернард, глядя на эхолот. – Там будет примерно так же. Этот остров вырастает прямо со дна океана.

Данте уселся на корме и нацепил ласты для фридайвинга – длинные, гибкие, созданные для плавных, грациозных движений. Он еще раз проверил, хорошо ли маска прилегает к лицу, а затем соскользнул в воду.

В Те-Кохе стояло лето, но в этих южных широтах во́ды Тихого океана все еще оставались прохладными. Данте всматривался в глубину, не видя ничего, кроме изумрудной зелени и пронизывающих ее лучей солнца, из-за которых создавалось впечатление, будто ты находишься в подводном соборе.

Здесь могли водиться кахаваи, хапука, моки^[39] и королевская рыба, а еще бронзовые акулы-молоты, мако^[40] и даже большие белые – королевы акул. В соленой воде видимость была метров пять. Как и в жизни, опасность могла таиться в темноте до тех пор, пока не становилось слишком поздно.

Впереди сгустилась тень. Данте приближался к острову. Он вынырнул, чтобы свериться с курсом на вертикальную расщелину в скале, на которую указал Чарли. Еще минута, и Данте оказался у самого острова, достаточно близко, чтобы разглядеть черную вулканическую породу и извивающиеся бурые щупальца ламинарии, отчаянно цепляющиеся за нее.

Вдруг рядом мелькнула вспышка серебристых пузырьков, и мимо него пронеслась бурая тень. Данте аж закашлялся в трубку. Тень развернулась, и теперь он смог ее разглядеть: это был морской котик с темными глазами-бусинками. Он промчался мимо, держась на безопасном расстоянии.

У скалы вода бурлила мириадами пузырьков, вырывающихся из танцующих щупальцев ламинарии. Волны, что наверху были почти незаметны, с каждым ударом о скалы вздымались почти на метр. Данте отплыл подальше, чтобы не разбиться.

Вот она, расщелина в скале – темная трещина, уходящая прямиком в воду.

Данте замер в воде, глядя на темный остров, окутанный туманом. Он убрал изо рта трубку и лег на спину, замедляя сердцебиение и расслабляя каждую мышцу. Затем глубоко вдохнул и нырнул.

Несколько ударов ластами, и давление сжало его со всех сторон. Данте продул уши и начал уходить на глубину. Теперь он стремительно опускался вдоль скалы, мимо зарослей ламинарии, морских звезд, цепляющихся за камни, мимо актиний и балянусов^[41], белеющих на черном камне.

Данте глянул вверх. Где-то вдали серебрилась поверхность воды. Морской котик последовал за ним вниз и кружил рядом в океанских водоворотах, не в силах скрыть своего любопытства.

Здесь, на глубине, волнение океана вокруг острова вновь стихло. Ламинария покачивалась в темно-зеленых водах, словно подводный бескрайний лес, скрывающий расщелину.

Внизу показалось дно – Данте увидел, как черная скала встречалась с серебристым песком. Легкие горели, но казалось, что он сможет добраться до дна и подняться обратно. Одинокая веточка ламинарии коснулась затылка, заставив вздрогнуть.

Данте продолжил погружаться на глубину, и его сердцебиение замедлилось. Теперь уже не нужно было работать ластами. Он просто опускался на дно, как якорь, скользя в глубину, и нарастающее давление в легких показывало, как далеко он заплыл.

Наконец Данте достиг песка. Он осторожно коснулся кончиками ласт океанского дна и взглянул наверх. Поверхность была очень, очень далеко. Свет еле пробивался. Он сверился с часами для дайвинга и увидел, что находится на глубине тридцати метров.