Книга Киллер в отставке копает грядки, страница 14 – Наоми Каттнер

Тед поднял бокал:

— Так выпьем же за нас: пусть все злодеяния сходят нам с рук, да не будем мы забывать отдавать должное врагу.

— За нас! – В ответ раздался пьяный смех и звон бокалов, и Тед, довольно ухмыляясь, опустился на стул.

— Речь что надо, – заметила Дженис, женщина с выразительными чертами лица, сидевшая напротив Теда.

— И какой момент понравился больше всего?

Тед поддел вилкой кусочек оленины с безупречно сервированной горки деликатесов в центре своей большой белой тарелки.

— Тот, где ты заявил, что ради нас тебе ничего не жалко. К чему этот спектакль? Тебе ведь нет до нас дела.

Тед оскалился в улыбке.

— Дженис, позволь сказать, что ты чудесно выглядишь. Все эти, – он кивнул в сторону ее декольте, – сверкающие штучки. И неужели это платье от Версаче? Кто-то помер и оставил тебе огромное наследство?

— Ты об этом старье? – Дженис залилась звонким смехом. – Ну ты же знаешь поговорку: голь на выдумку хитра.

Ноа, состоятельный инвестор из Веллингтона, с нескрываемым интересом следил за этой словесной дуэлью, словно за партией в большой теннис, и решил вмешаться:

— Позвольте представиться, Дженис, меня зовут Ноа. Скажите, откуда вы знаете нашего радушного хозяина?

Женщина жеманно улыбнулась. Смуглый, с красивыми средиземноморскими чертами лица Ноа был одет дорого и со вкусом.

— О, мы с Тедом знакомы лет сто. Я работаю ассистентом нашего городского юриста, и мы улаживаем все местные дела Теда.

В последних словах прозвучал недвусмысленный намек, и Тед невольно содрогнулся. Трудно было найти женщину, которая была бы настолько не в его вкусе, как Дженис.

— Да, Дженис и ее начальник оказывали мне содействие в некоторых вопросах. Сущие пустяки.

— И тем не менее вам досталось место за главным столом, – сказал Ноа, сверкнув белоснежными зубами. – А ваш начальник?

— Вон за тем третьим столом, – самодовольно ответила Дженис. – Тед – мой должник…

— Ноа, – прервал ее Тед, – вам что-нибудь приглянулось в городе?

— Я дам знать, если захочу инвестировать, – сказал тот. – Но проделанная вами работа впечатляет.

Дженис довольно громко фыркнула в свой бокал с вином:

— Тед городом не владеет, если что.

— Только самыми его лакомыми кусочками, – парировал Тед.

— Поразительно, сколько недвижимости в Те-Кохе оказалось у вас в кармане, – сказал Ноа. – Как так вышло?

— Знаю, куда надавить, – ответил Тед с загадочной, как у сфинкса, улыбкой. Он поднял свой бокал.

— А вы что скажете? – спросил Ноа у своей соседки слева. – Можно ли считать рычаги давления восьмым чудом света?

Тед перевел взгляд на соседку Ноа. Дама лет шестидесяти, элегантная, с безупречным вкусом, придерживающаяся строгого стиля. Ее лицо казалось знакомым, но Тед не мог понять, где именно они встречались.

— На мой взгляд, восьмое чудо света – правдоподобное отрицание^[5]. – У нее был приятный, бархатистый американский акцент. Возможно, Нью-Йорк; без сомнения, высшее сословие. – Здравствуйте, Тед, я Элеонор. Элеонор Грэм. Мы встречались на прошлогоднем торжестве. У павильона с цветочными композициями.

— Ах да, – вспомнил Тед.

Каждый год местные деревенщины выставляли на всеобщее обозрение цветочные композиции, выпечку и прочие домашние поделки в большом шатре на набережной. Обычно он обходил это зрелище стороной, но в прошлом году Тед скрывался от своей жены Терезы – которая в скором времени станет его бывшей женой – и в итоге заблудился среди цветочных букетов в попытке разыскать свою последнюю любовницу. Он нашел ее, извергающую содержимое желудка на магнолии какой-то дамы, изрядно этим взбешенной. Элеонор вмешалась, прежде чем женщины пустили в ход кулаки, чем изрядно разочаровала Теда.