Книга Спрячь мои тайны в саду. Они жили во лжи, цветы стали громче слов, страница 33 – Сара Блейдс

— Если ты нашел способ, с помощью которого наши самолеты смогут обнаруживать вражескую авиацию с воздуха, это самое важное изобретение века. Ты не можешь передать его американцам! Ты отдаешь нашу главную ценность! Они ничего не сделают, лишь деньги будут выкачивать! Наши заводы более чем способны произвести все, что ты придумаешь!

— В недостаточных количествах! Сегодня все заводы переведены на производство вооружений. Тебе, как и мне, отлично известно, что Черчилль не выделит ни одного завода для чего-то нового, а радарная технология – это нечто совсем новое. Он хочет вообще распустить комитет!

— Мы жертвуем будущим Англии! – возмущался Эдвард. – Подумай о прибыли…

— А если мы этого не сделаем, то проиграем войну. И какую тогда цену придется заплатить Англии?

В голосе отца прозвучала такая ярость, что я отшатнулась и уронила сумочку. Все рассыпалось – монеты, салфетки и, главное, бумаги из отцовской папки. Я рухнула на колени и принялась быстро все собирать и запихивать обратно. Но, собирая бумаги, я не устояла перед соблазном заглянуть в них.

Это были подробные планы какого-то резонаторного магнетрона.

Дверь распахнулась в тот момент, когда я поднялась на ноги. Эдвард выскочил из кабинета, даже не заметив меня. Я быстро сунула документы обратно в папку.

Когда я вошла в кабинет, отец расхаживал перед столом взад и вперед. Мне пришлось дважды кашлянуть, чтобы он меня заметил.

— Ирэн? Что ты тут делаешь?

Я протянула ему папку:

— Ты забыл документы. Леди Монтгомери попросила меня привезти тебе папку.

Он с огромным облегчением взял у меня папку и раскрыл ее. Я молча ждала какой-то благодарности или хоть чего-то, но бумаги уже полностью завладели его вниманием.

* * *

Никогда в жизни не видела такого элегантного ресторана, как тот, куда меня пригласил Джеймс. Просторный зал с высокими потолками буквально излучал изысканность. Круглые столики, накрытые длинными белыми скатертями, были безупречно сервированы белым фарфором с золотой каемкой и блестящими серебряными приборами, поблескивавшими в мягком свете. Отец и леди Монтгомери предпочитали ужинать дома, а когда мы выбирались в рестораны, мачеха всегда предпочитала более скромные заведения.

Я вошла в зал и огляделась в поисках Джеймса. Мне сразу стало ясно, что одета я для такого заведения неподобающе. Простая желтая блузка была хороша, но безнадежно неуместна в зале, где царил совершенно формальный стиль.

— У вас заказан столик? – спросил метрдотель.

При виде сумки с противогазом он презрительно скривил губу.

— У меня встреча с другом, – робко произнесла я. А что, если Джеймс не сможет прийти? Вдруг он передумал? – Офицер Джеймс Атертон.

Поведение метрдотеля тут же изменилось:

— Конечно! Следуйте за мной, пожалуйста.

Он провел меня в дальнюю часть ресторана, где в тихом уголке за столиком сидел Джеймс. Стоило мне его увидеть, и сердце отчаянно забилось. Он был в военной форме, как в тот вечер, когда мы познакомились. Несмотря на мое отношение к войне, я не могла не отметить, как хороши его широкие плечи в темно-синем кителе.

Джеймс поднялся с радостной улыбкой, и я сразу же успокоилась.

— Вы пришли!

— Конечно, пришла. Не каждый день меня приглашают на обед таинственные джентльмены. Я просто обязана была увидеть, что меня ожидает.