Книга Спрячь мои тайны в саду. Они жили во лжи, цветы стали громче слов, страница 86 – Сара Блейдс

Мне не хотелось верить, что Джеймс способен на поступки, о каких говорил Роджер. Это означало бы, что я действительно слепа и глупа, как и говорил отец. Я выдала его секреты и предала все, во имя чего он трудился. И только потому, что позволила себе поддаться на ложь Джеймса.

Но даже сейчас, когда от его касаний во мне все сжималось, сердце не хотело верить. Мне все еще отчаянно хотелось знать, что Джеймс – именно такой, в какого я влюбилась. Мужчина, которому я доверяла всем сердцем и телом. Мужчина, которого я поклялась любить и уважать всю жизнь. Но как теперь отличить мечты от реальности?

После вечеринки у Лесли в поведении Джеймса не было ничего необычного или подозрительного. Никаких странных писем и тайных встреч в темных переулках. Я не представляла, что искать. Вряд ли Джеймс мог быть настолько глуп, чтобы оставить что-то опасное у меня на виду, даже если и не подозревал во мне шпионку. Встреча с Роджером приближалась, а у меня для него ничего не было.

— Ты себя неважно чувствуешь? – спросил меня Джеймс за завтраком.

— Все в порядке, – ответила я, сосредоточив все внимание на чайнике.

— Тебя явно что-то беспокоит. Ты почти ничего не ешь. Когда тебе кажется, что я не вижу, ты трешь виски, словно у тебя болит голова. Пожалуйста, расскажи мне все.

Я затаила дыхание, придя в ужас, что вызвала его подозрения. Нужно быть осторожнее. Но как притворяться любящей женой, если каждая секунда рядом с ним – пытка?

— Ты ничего от меня не скрываешь? Мне неприятно думать, что у нас есть тайны друг от друга…

Сердце забилось так сильно, что чуть не выпрыгнуло из груди.

— Просто… На улице мне всучили буклет, где говорилось, что Британия вступила в войну только из-за еврейского заговора с целью уничтожить национальный суверенитет и превратить нас в коммунистов. Ты думаешь, это действительно так?

Я выпалила первое, что пришло мне в голову, но стоило это сказать, меня затошнило. Я прекрасно знала, что в Британии растет антисемитизм. Обвинять невинных людей в действиях правительства было гадко и очень несправедливо. Но если Джеймс действительно симпатизирует фашистам, такие взгляды должны быть ему близки.

Джеймс склонил голову с легкой улыбкой, которая всего неделю назад наполняла меня острым желанием. Теперь же я видела в ней лишь снисходительность.

— Я и не знал, что ты интересуешься политикой.

— После всего, что ты рассказал мне о службе в авиации с Майклом…

Имитировать дрогнувший голос не пришлось.

— Многие считают большевизм самой большой угрозой для Британии, а фашизм – единственной защитой от этого.

— Ты тоже так считаешь?

Джеймс поднялся и поставил чашку на верхнюю полку, добраться до которой мне всегда было очень тяжело.

— Я считаю, что нам не стоит говорить о том, что тебя расстраивает.

Это не ответ. Джеймс слишком умен для такой ловушки.

— Куда мы сегодня пойдем? – спросила я, решив изменить тактику.

Теперь каждый разговор превращался в игру, в которой мы оба пытались заставить друг друга раскрыть свои главные секреты.

— К сожалению, сегодня дядя вызвал меня в офис. Бомбежки породили в работе парламента настоящий хаос.

Я грустно улыбнулась, надеясь, что он не почувствует моего глубочайшего облегчения.

— Понимаю. У тебя важная работа.

Джеймс поцеловал меня в щеку.