Книга Голод Рехи, страница 131 – Мария Токарева

— Хватай! – перекинул Рехи добытое копье. Предводитель понял с полуслова. И вот они бесстрашно ринулись сквозь толщу врагов к возвышению. По пути на них ощерились еще несколькими копьями, но рядом помогали другие воины – всадники и пешие. Они отвоевывали место, чтобы уничтожить очередной механизм.

— Пора! – коротко приказал Ларт, когда ящер подобрался достаточно близко к высящейся над ними темной фигуре. Воин осыпал противников чередой бранных слов, его борода топорщилась, шкуры были порваны и прожжены. Вероятно, до того он защищал другие установки. Он сражался почти нагой – страшный дух войны, призрак из легенд. Да вот только состоял из плоти и крови, от него шел запах опасности, нет, не так: от него разило опасностью.

Ветер несся на него, не подозревая, как рискует своей жизнью, ведь защищенная роговыми наростами голова его собрата не выдержала удара. Воин размахнулся, и кистень устремился к зверю, но Ларт натянул поводья, и Ветер, взвившись, точно в танце, кинулся боком, почти вплотную приникая к возвышению. Всаднику удалось увести рептилию от удара. Ларт выставил перед собой копье. А Рехи сконцентрировал все внимание на ногах противника. Тело само подсказывало, как поступить. К голове летел огромный металлический шар, усыпанный шипами. Рехи, захлебнувшись воздухом, стремительно пригнулся, а через миг понесся вперед, размахивая мечом.

Удар пришелся прямо по коленям врага, пробил кожаные поножи, распорол икру на одной ноге, а вторую и вовсе почти снес целиком: кость показалась сквозь рассеченные ошметки мяса. Рехи воевал с ногами, а предводитель использовал преимущество. Он тоже уклонился от удара кистеня, и вот добытое Рехи копье впилось прямо под подбородок врагу, наконечник разворошил длинную неровную бороду, которая тут же сделалась красной от фонтана брызнувшей крови.

По древку копья все-таки пришелся последний удар воина, отчего оружие раскололось надвое, но Ларта это уже не занимало. Он разделался с опасной преградой и радовался этому, но сражение не стихало. Ларт подхватил подвернувшийся факел и кинул его в центр приспособления, прямо на запасы огненных шаров, которые до того лежали смирными черными свертками.

— Не пропадать же такому добру, – сказал Ларт и подхватил с деревянного помоста кистень.

Теперь они устремились дальше, оставляя и страшного воина, и хитроумное приспособление позади. Как же быстро здесь сменялись картины. Время не текло – оно бурлило, кидая в лицо новые и новые образы, не успевавшие обратиться в четкие впечатления. Рехи даже не понял, как в его руке оказался кистень. Он охотно принял оружие, оттянувшее своей тяжестью левую руку. Копье было легким, но слишком длинным. А этот предмет прекрасно подходил, чтобы вращать им, отпугивая противников от бока верного ящера.

Никогда бы раньше Рехи не подумал, что однажды будет благодарен хозяину выносливой крупной твари: Ветер вновь нес через толпу врагов, врезаясь в нее и переворачивая нападавших. Войско полукровок с обоих флангов упрямо двигалось вперед. Путь прокладывали, естественно, всадники, но остальные тоже не зевали, за спиной кипело сражение, сталкивалась пехота, звенели мечи. Над полем брани разносились гневные боевые кличи: каждый на свой манер выражал нестерпимый голод битвы, каждый по-своему утолял его, сливаясь с другими в едином темпе, к единой цели.