Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 72 – Дестон Дж. Манден

Титли Бхихадра, падшая королева фейри, стояла на пороге. Она шагнула вперед, стуча сандалиями по деревянному полу. Титли прожила тысячи лет до того рокового дня, когда Король Червей украл ее жизнь и волю. Их взгляды встретились через весь зал. Она вздохнула с облегчением.

— Ротт, – сказала подруга достаточно громко, чтобы услышал весь ресторан, – ты отлично выглядишь.

— Лили… я… – Голос подвел его. – Что ты здесь делаешь?

— Я почувствовала это, – объяснила она. – Снова почувствовала на тебе его волю. Я думала, это сон… но не захотела рисковать. Мы же дали обещание, да? Пока живы, будем помогать друг другу. А если это случится с нами обоими, мы вместе разрушим его волю. Ну и где же прячется эта мразь?..

Титли протянула руку. Облако пчел, ос и бабочек обвилось вокруг ее запястья. Насекомые превратились в знакомый золотой меч-хлыст, сотканный из сот, истекающих почерневшим медом, – ее смертельный клинок Сошадиэль. Роттгор видел его тысячу раз, видел, как этот извивающийся меч рассекал плоть и кости, оставляя на трупах ядовитых ос и ужасных шершней. Внезапно клинок указал на Астру.

— Вот. Ты. Отродье. Я тебя уничтожу.

Астра стояла на стуле, ее лицо превратилось в маску, тело сотрясала дрожь. Она выхватила свой маленький кинжал. Вихрь из лепестков роз взметнулся вокруг нее, и из него появился скелет в лохмотьях красного платья, с украшенной черными перьями и паучьими лилиями шляпой в костлявых пальцах. «Вот она. Вот она. Изобель Денхольм». Теперь Роттгор увидел мучительницу, почувствовал ее снова, спустя столько лет. Хотя Астра выглядела напуганной, в ее глазах читалась решимость: убить за то, что принадлежит ей. В руках девочки появилось костяное копье. «Астра…»

Титли не колебалась. Мгновение, падающая капля дождя, вспышка света в облаках не могли сравниться с ней по скорости. Роттгор действовал не раздумывая, и Мальфериоэль тут же появился в его руке. Ядовитое лезвие впилось в плоть, обжигая ладонь. Орк видел, как двигается Титли, и знал, на что она способна. Он встал между ней и Астрой, отбив удар меча-кнута. В ресторане воцарилась тишина. Некоторые посетители бросились к выходу, другие спрятались под столами. Титли нахмурилась. Мальфериоэль и Сошадиэль, близнецы, никогда не пересекались. Это было в новинку для всех.

— Объяснись, Роттгор, – потребовала она. – Повторять вопрос я не стану.

У него не было объяснений, и Титли это знала.

— Поверь мне, – попросил он.

— Я сомневаюсь не в тебе, друг. Ты это знаешь.

— Лили…

— Прекрати, Ротт. Слишком многое поставлено на карту. Я не могу рисковать, мы не можем рисковать. Ты знаешь, что не сумеешь остановить меня в нынешнем состоянии. Твое тело сильно, твое мастерство никуда не делось, но прежней воли нет. – Титли нахмурилась еще сильнее. – А еще я не чувствую в тебе запаха Фестрейн. И рукоять меча причиняет тебе боль. Я вижу, как твоя кожа шипит от яда. Я не могу дрогнуть. Посмотри на нее. Посмотри. На. Нее. Неужели ты не видишь, на что она способна? Кто она такая? Что может значить для этого города, для этого мира? Ты же не ослеп – или я неправа? Нельзя позволить ей жить. Этот город не в силах сдержать такое зло. Нельзя сделать прокисшее молоко свежим.

Роттгор услышал за спиной сдавленные рыдания. Он не мог заставить себя обернуться.