Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 79 – Дестон Дж. Манден

— Нет. – Роттгор положил руки на плечи девочки, наклонил голову и посмотрел ей прямо в глаза. – Никто не рождается злым. Это всегда был и будет твой выбор. Твоя кровь тут ни при чем.

Вот такие простые слова. Но именно их ей нужно было услышать. По ее лицу побежали слезы. Она упала в объятия орка, положив голову ему на плечо.

— Простите меня, – сказала ему Астра. А может, и вообще всем на свете.

— Моя семья была злой и ужасно с вами обращалась, – произнесла Астра, поделившись с ним половиной своего бутерброда.

— Не только со мной, но да. Твои прадедушка и прабабушка ужасно с нами обращались…

Они провели вечер вместе, устроив небольшой пикник в ее комнате. Там почти ничего не было, кроме кровати и единственного комода, на котором виднелись заметные следы от когтей и сколы по краям. Повсюду валялись старые и новые плюшевые игрушки, многие из них были разорваны. «Ее гнев ужасен».

— Я мало что помню о своих родителях. Папа всегда говорил, что мы происходим из некогда могущественного рода. Он хотел вернуть нам былую славу, что бы это ни значило. – Астра откусила кусочек от своей булочки. – Я никогда не думала, что он имел в виду именно это. Денхольм. – Это имя казалось ей чужим. – Отец почти не рассказывал о нашей семье. Он говорил, что у нас есть враги и они придут за нами, если мы раскроем свои имена.

— Верно, так бы мы и сделали, – признался Роттгор. Лили бы так и сделала. – Или, по крайней мере, приглядывали бы за тобой. – «Знают ли об этом герцог и леди Клео?» Несомненно знают, учитывая историю Астры и слова Зеннекса. От правителей в целом мало что ускользало, а учитывая, что речь идет о потомке Короля Червей и Денхольм… Они должны были знать. – Твои родители были добрыми людьми?

— Нет, – ответила Астра. – Мама была лучше, но ненамного. Они говорили только о какой-то славе. Но, по крайней мере, потрудились оставить меня здесь.

«Герцог увидел безумие этого человека и положил ему конец».

— Ты любила своего отца? – спросил Роттгор.

У него перехватило дыхание. Он потянулся за стаканом яблочного сока и осушил его.

— Вряд ли у меня был выбор. – Астра произнесла эти слова так буднично, что у Роттгора сжалось сердце. – Какое-то время я скучала по ним, но… не знаю. Плохо ли, что я не плакала на похоронах отца? И даже на похоронах мамы? Они не были добры ко мне, но и не были жестоки. Я ужасная? Может, и так…

— Не заставляй меня повторять. – Внезапная суровость Роттгора удивила обоих. Они уставились друг на друга. Роттгор кашлянул. – Я хочу сказать, что ты хорошая. И повторяться не желаю.

Астра опустила голову и доела свой бутерброд.

— Поэтому ваша подруга меня преследует?

«Да», – подумал Роттгор, но правда не желала слетать с его губ. Титли не видела ситуацию его глазами. Скорее всего, и сам Роттгор не видел бы ее так всего несколько месяцев назад. Для Губительной гвардии долг превыше всего, а это означало смерть для любого, кто угрожал правящей династии. Беспрекословная холодность преданности теперь казалась чем-то чуждым. Жизнь больше не делилась на черное и белое, добро и зло. Некогда Изобель Денхолм вырвала Титли глаз, и та поклялась отомстить. Это и понятно. Жажда мести осталась с королевой фейри по сей день.

— Я поговорю с ней, – вызвался Роттгор. – Ты будешь в безопасности, даю слово. Но и ты должна пообещать мне еще одну вещь.