Книга По ту сторону тени, страница 199 – Каролина Роннефельдт

За ее спиной поднялся такой вой и ропот, что девушка невольно обернулась, чтобы оглядеть жуткое сборище. В огромном зале стало светлее, туманные испарения взмыли под самые своды. Теперь Гризельда смогла разглядеть причудливые люстры из переплетенных ветвей, свисающие на длинных цепях с невидимого потолка. Бледное пламя сотен свечей освещало фигуры и лица, одно страшнее другого.

Пронзительный взгляд Повелителя, который все это время обжигал ее сверху, несмотря на туманную завесу, давил все сильнее. Вспомнив странный голос, что однажды придал ей сил в темнице, она удержалась на ногах и вновь посмотрела на Владыку Страны теней. Однако теперь у Гризельды не было выбора, ибо властелин ужаса вновь навязал ей свою волю.

«На колени, упрямое создание!» – приказал он ей безмолвно. Черные глаза под вуалью опасно блеснули.

Гризельда скорчилась, как тряпичная кукла. Все ее тело опалило невыносимой болью, и она принялась извиваться перед черным троном. Пытка была жестокой и унизительной одновременно.

— Во имя горьких мухоморов, оставь меня! – закричала Зимняя королева. Серебряное сияние вокруг нее потускнело.

— Повелитель, не унять ли мне эту паршивую белую овечку? – прошипел совсем рядом с ней звонкий и вместе с тем холодный голос.

Так говорить мог или злобный ребенок, или змей. И действительно, из толпы вдруг выскользнул худощавый мальчишка и низко склонился над пленницей, дожидаясь, пока та взглянет в бескровное лицо с ухмыляющейся рыбьей пастью. Гризельда из последних сил отпрянула от отвратительного существа, от которого к тому же мерзко несло болотом и гнилью.

— Я знаю, кто ты, – слабо выдохнула она.

— Вот еще новости! – усмехнулся настырный дух, обнажив ряды острых, как у щуки, зубов. – Но какой в этом прок, покусай тебя гнус? Что толку быть Гризельдой Винтер-Хелмлинг, когда ваш род уже бродит по нашим землям? Эх вы, невежественные моховики, слепые и обманутые! Величайший из охотников найдет вас всех, все расскажет ему след, где же спрятался обед, в шуме или в тишине. А следы ваши велики, вы совсем не умеете скрываться. Волки Повелителя Тьмы поймали не только твоего брата и его глупого пони, но и остальных ваших приятелей. Быстрая скачка, резкий обрыв – и все, им конец! Легкая добыча для стаи…

Он взмахнул рукой, изображая, как что-то исчезает в пропасти в мгновение ока, и захихикал, будто над крайне удачной шуткой. К его презрительному смеху присоединилось множество голосов, но для Гризельды всех отвратительнее был Элиас, бледный мальчишка из Черных камышей, о котором после похищения Блоди узнали все в Холмогорье. Словно читая ее мысли, Элиас повторил знакомую строчку из Марша баумельбургских колокольчиков:

— Слишком часто эти слова гремели в наших ушах, когда туман уже истончился, но никак не давал нам пройти на ту сторону, – злобно сказал он. – Однако теперь песня Дикого Охотника звучит куда громче. Подобно звуку рога, она заполняет все вокруг, ведь граница пала. Глянь на север и на юг – всюду его силы стук. И узнает каждый гость на вкус ржавчину и кость.

Гризельда ощутила привкус крови на губах. Сердце ее будто сжала чья-то ледяная рука, и она едва не задохнулась, мгновенно осознав, что к ней тянется не только Элиас. Бледный мальчишка почтительно отстранился от лежащей на полу девушки, но, не в силах больше сдерживать злобную радость при виде ее страданий, бешено запрыгал вокруг. Его мельтешение напомнило Гризельде беготню отвратительного таракана – бледного, почти прозрачного, обитающего там, где нет света.