Книга По ту сторону тени, страница 277 – Каролина Роннефельдт

— Святые пустотелые трюфели, в дальнем левом углу и впрямь есть проход! Всего лишь узкая щель между стеной и скалой, но кошки и квендели пролезут. Быстрее, за мной! – торжествующе крикнула Гризельда. Она исчезла так же быстро, как недавно растворились во тьме Синдри и Арва.

Карлман и Горм, спотыкаясь, направились следом, поеживаясь от ледяного ветра, который гулял в каминной трубе над их головами. Они вдыхали запах холодного дыма и ощущали, как давят со всех сторон скалы, пока наконец не увидели выход.

Во тьме их встретила не протянутая рука, а серебристое пятно. Гризельда, будто снежинка на ветру, танцевала впереди, призрачным сиянием указывая путь к Полю мертвых по тропе, проложенной призраками и голубоглазыми кошками. Поспеши, давай!

И ничто не смогло бы остановить их, ибо за каждым их шагом наблюдал тот, кто решил встретиться с Повелителем Тьмы лицом к лицу.

В Зеленом Логе дела шли так же плохо, как и повсюду в Холмогорье. Квендели попрятались по домам и надеялись, что запасенной еды и дров хватит надолго. О воде не беспокоились – всегда можно было приоткрыть дверь и набрать снега, который быстро таял на плите. Ставни по всей деревне держали закрытыми, двери – запертыми.

Ночами и в долгих сумерках по деревням и окрестностям кружили полчища кошмарных тварей, бродя вокруг пастушьих хижин и пасек. Волчий вой сначала долетал издалека, потом огромная стая приближалась, рыча и пыхтя, будто многоголовое чудовище, а иногда проносилась так близко над низкими мшистыми крышами, что с домов сыпалась снежная пыль. Призрачное войско Страны теней замышляло недоброе: воинственные кличи, лязг оружия и стук копыт звучали так отчетливо, словно кавалькада мчалась не по воздуху, а по пустынным деревенским улицам.

Казалось, беззащитные жертвы уже совсем скоро испытают на себе разрушительное нападение, отчего страх мучил их все сильнее. Если время истечет с последним часом Мрачной Ночи, то двери, ставни, стены, заборы и камины не удержат полчища живых мертвецов. А пока в Холмогорье старались любой ценой не привлекать к себе внимания: так заяц, хоть и может бежать, все глубже забивается в нору и все равно выскакивает, когда начинается охота. Никто не знал, случится ли подобное в селениях квенделей и с чем вообще испуганным жителям придется столкнуться.

Даже сейчас, помимо зловещего призрачного шума, в завывании ветра слышались совершенно иные, весьма тревожные звуки: странные голоса, грохот в одном из соседних домов, жуткие крики, издать которые не способен ни один квендель, а вслед за ними мольбы о помощи и протяжные стенания.

Всякий, кому доводилось такое услышать, забивался в подвал и со страхом и виной вспоминал тех, чьи полные боли голоса он, конечно же, узнал. На следующее утро сквозь щель в ставнях сосед смотрел на такой знакомый, но теперь ужасающий дом. На первый взгляд жилище не менялось, однако стоило приглядеться – и становилось заметно, что дверь приоткрыта и тихонько поскрипывает на ветру. Перед домом, окруженном красными лужами и отвратительными следами, в снег оказывались воткнуты высокие столбы – по одному на каждого из живших в доме. На верхушках столбов висели сильно искореженные маски… или же это было что-то другое?